Дочь маминой подруги

Эта история произошла, когда Алика только начала консультировать. Она съехала от мамы — скрывать, что она ведьма, становилось все труднее, а правду сказать невозможно — и чувствовала себя как никогда неуверенной и одинокой.

Взрослая жизнь не заладилась. Алика не высыпалась: она училась на вечернем отделении психфака, а днем работала в одной фирме. Но долго там не задержалась — в фирме была своя колдунья и они, мягко говоря, не поладили.

Так и вышло, что во второй месяц бесславной самостоятельной жизни молодая ведьма не представляла, как заплатить за квартиру. Она имела неоконченное высшее и кучу странных навыков — разбиралась в травах, рунах, видела энергетику… Только как это поможет с арендой жилья? Конечно, можно навести на хозяйку морок и попросить дать отсрочку на несколько дней.

Но это не решит главной проблемы. Остается только вернуться к маме… От одной мысли об этом кровь приливала к щекам и становилось невыносимо стыдно — не справилась, сдалась. Настоящие ведьмы так не поступают!

Совсем отчаявшись, Алика разместила на столбе объявление о магических услугах, не надеясь на успех. По сравнению с рекламой конкурентов, «ведьм в семнадцатом поколении», ее листовка смотрелось очень скромно. Алика не врала, что за один вечер снимет порчу, и не обещала вернуть любимого «без греха».

К ее удивлению, через несколько часов в дверь позвонили.

На пороге стояла удивительно красивая девушка лет девятнадцати. Она напоминала Снегурочку из зимней сказки: русые волосы припорошило снежком, голубые глаза смотрели растерянно, сама гостья подрагивала — не то от холода, не то от волнения.

Они нужны были друг другу — продрогшая перепуганная девушка и не менее испуганная встречей с первым клиентом колдунья. Несколько секунд девушки молча разглядывали друг друга.

Первой обрела дар речи Алика.
— Что привело вас ко мне?
Она надеялась, что это будет какая-нибудь тривиальная любовная история. Алика сделает то, что хорошо умеет, — расклад на отношения, и дело с концом.

— Моя подруга… она исчезла. Не видела ее уже целых три дня, и в универе Аня не появлялась. Я понимаю, что нужно идти в полицию. Но я уже была, там только посмеялись — три дня, мол, не срок. Наверняка где-нибудь веселится и не слишком хочет, чтобы ее находили. Сказали, через недельку не появится — приходи.

Сердце ведьмы вздрогнуло.

— Может, Аня просто прогуливает универ?
— Нет, — гостья решительно мотнула головой. — Она не из таких. Поверьте, я чувствую! Аня мне как сестра, даже ближе, сколько себя помню, мы всегда были вместе! — Посетительница усилием воли подавила подступающую истерику и схватила ведьму за руки. — Пожалуйста, помогите! Я хорошо заплачу!
Дело явно находилось не в компетенции Алики. Поиск людей — сложное и не всегда продуктивное занятие, за которое редко берутся даже опытные колдуны.

А еще всегда есть вероятность, что пропавший мертв. Сонастраиваться с покойником более чем опасно. Но прекрасные голубые глаза посетительницы смотрели с таким отчаянием…

— Фотографию ее принесли?
— Нет. У нее не было социальных сетей, Аня считала, они отнимают слишком много времени.

Так, шансы на успех минимальны. Не с чем сонастроиться, она ничего об Ане не знает.

Но ей было жалко клиентку и очень нужно оплатить квартиру, поэтому ведьма решилась. Она коснулась руки гостьи, прикрыла глаза, но, прежде чем провалиться в круговорот чужих воспоминаний, спросила:

— А вас-то как звать?

Голубые глаза удивленно моргнули, словно клиентке это казалось совершенно не важным, в ее мыслях было только одно: Аня.

— Мари. Но вы можете звать меня Машей.

***

С самого начала Аня была лучше Маши во всем. Она была той самой идеальной дочкой маминой подруги, с которой Машу постоянно сравнивали. И по дому-то Анечка помогает чаще, и в тетрадях пишет — залюбуешься! Ни одной помарки не сделает! А уж насколько Анюта талантлива — и на фортепиано лучше играет, и поет!

В общем, само собой, маленькая Маша заочно возненавидела Аню искренней детской ненавистью. Иногда Маше казалось: мама хочет, чтобы та Аня была ее дочкой. Сколько она ни старалась — заучивала этюды, по сто раз переписывала домашние задания, — Аня возвышалась над ней сияющим победоносным призраком.

Когда Аня пришла в гости, Маша сразу решила, что ни за что не будет с ней играть. Сидела напротив, исподлобья разглядывая девочку.

Аня оказалась почти такой, как Маша ее представляла. Короткие ногти аккуратно подстрижены (а не изгрызены, как Машины), волосы вьются солнечными кудряшками, глаза напоминают два лунных камня из драгоценного ожерелья.

— Давай дружить! — предложила Аня и улыбнулась.

Маша ответила ей угрюмым молчанием.

— Я тебя чем-то обидела? Давай поиграем. Хочешь, я буду единорогом, а ты принцессой!

Маша прислушалась. Обычно роль принцессы доставалась другим. А в школе вообще перестали играть в такие игры. Когда она предложила, девчонки ее засмеяли, мол, это для малышни.

— Ну же! Давай! Тебя будто похитил колдун, а я спасу! А потом наоборот!
Аня смотрела дружелюбно, без тени высокомерия, и Маша наконец сдалась. Через полчаса она уже не представляла, что когда-то терпеть не могла эту веселую и добрую девочку.

Она полюбила ее так же пылко, как несколько часов назад ненавидела. С тех пор все свободное время они проводили вместе — играли, учили домашние задания: там, где у Маши возникали сложности, сообразительная Аня подсказывала. Подруга утешала, когда у Маши что-то не получалось, разделяла первые маленькие радости — выступление на школьном концерте, грамоты, первый поцелуй.

Под влиянием подружки стеснительная Маша потихоньку выходила из кокона. Ей стало значительно легче поддержать разговор с одноклассниками или пошутить так, чтобы окружающие прыснули со смеху. У нее стало много подруг и приятельниц.
Но настоящая подруга у нее была только одна. Маша это всегда помнила.

***

— Тяжело, наверное, было рядом с такой Аней? — спросила Алика.
Что-то здесь было не то. Ей совсем не верилось в хрестоматийную историю про двух подружек — раскованную красавицу и стеснительную дурнушку. Может, потому что гостья была так хороша собой? Маша отвела взгляд, потом набралась смелости и честно сказала:
— Тяжело.

***

Ведь все лучшее доставалось Ане. Она шла той дорогой, о которой мечтала Маша. Поступила на психфак, хотя это именно Маше нравилось изучать людей. Клиентка не добрала до поступления всего один балл. Пошла туда, куда попасть было проще, — в педагогический. Маша, натянув улыбку, поздравила подругу, но почувствовала, как внутри нее вновь созревают семена посеянной в детстве зависти.

Потом стало хуже. Маше понравился Женя из параллельной группы. Он увлекался эзотерикой и казался девушке настолько красивым и интересным, что у Маши дыхание перехватывало. Он был словно воображаемый колдун из их детской игры! Однажды он пригласил Машу вместе пообедать в перерыве. Рассказывал значение старших арканов Таро, чем окончательно покорил.

Дальше предсказуемо: как только Маша осмелилась понадеяться, что у них есть шансы на будущее, Аня ворвалась к ней в гости, раскрасневшаяся с мороза, очень счастливая:

— Представляешь, кажется, Женька на меня запал! Так смотрел, так улыбался! Спорим, мы скоро будем встречаться!

Маша вновь почувствовала ту, детскую ненависть. Ей хотелось прижать подругу к стенке, сдавить шею и трясти до тех пор, пока не пропадет эта улыбка. А еще лучше, чтобы Аня просто исчезла.

Нет, Маша не желала ей смерти. Она хотела, чтобы подруги вообще никогда не существовало. Сославшись на головную боль, девушка попросила Аню прийти в другой раз. Договорились встретиться в среду.

Но Аня не пришла ни в среду, ни в четверг. Вначале Маша почувствовала облегчение. Потом возненавидела себя за это чувство. Она скучала по Ане — самому близкому человеку, волновалась за нее, делала все, чтобы найти. Только чувствовала, что ее желание исполнилось самым ужасным образом: от Ани не осталось следов — словно ее никогда и не было. И от этого Маше было по-настоящему жутко.

***

К сожалению, Алике нечем было ее порадовать. Как ни пыталась она поймать энергетический след Ани — не получалось. Мешали эмоции Маши — гремучая смесь восхищения, зависти и любви. Ей удалось лишь запечатлеть сияющий образ такой Ани, какой ее представляла клиентка.

Ведьма раскинула карты: речь шла о самообмане и, возможно, даже магическом воздействии, наведенном не с умыслом, а по незнанию. Самообман — это, конечно же, про восприятие Маши. Аня не так хороша, успешна и удачлива, как девочке кажется.

А насчет неосознанного воздействия у нее было три версии: Маша завидует — а ведьма знала, какой разрушительной силой обладает это чувство, за годы могло накопиться на средней тяжести порчу. Еще ее насторожило, что в Аниной жизни происходит как раз то, о чем мечтала ее подруга. Выглядит как классический крадник. Ох уж эта женская дружба. Быть может, Аня была не так уж добра?

Третье соображение было настолько фантастично, что ведьма постеснялась озвучить его даже себе. Что если ее желание исполнили могущественные Силы, которые смогли стереть человека и всю информацию о нем с лица земли?

Алика откинулась на спинку кресла, едва удерживаясь, чтобы не застонать. Когда она спрашивала, где Аня, и закрывала глаза, перед внутренним зрением впервые не было ничего — только темнота.

— Аня умерла? — уточняла Алика и не получала ответа.

Где-то на периферии замаячили образы парня Евгения и Машиной мамы. Гипотезы возникали хаотично и все казались неправдоподобными: Женя оказался маньяком, похитил красавицу, как колдун из детской игры, а след скрыл, наложив непрогляд. Но при чем здесь тогда Машина мама?

Полученный аванс жег руки, а эти двое были людьми, с которыми можно начать работу. Поэтому девушка без труда нашла через страничку Маши координаты Евгения.

***

Женя оказался нагловатым парнем с лукавыми темными глазами. Он согласился на встречу с «коллегой» из любопытства. Что удивительно, не сразу понял, кто такая Аня. Хороший актер? Или девушка врала о том, что он оказывал знаки внимания?

— Светленькая девчонка? — Он задумчиво постучал по столу. — С большими «лунными» глазками? Знаю такую.

Пропала? Да, он заметил, перестала появляться на парах. Но это и к лучшему — пусть отдохнет и развеется, в последнее время она казалась совсем измученной. Кажется ли ему, что ее нужно искать?

— Нет. Это полная ерунда. Девчонка отдыхает дома. Не нужно подозревать в похищении всех, кто положил на нее глаз! Здесь не дамский роман, — Женя ей подмигнул.

Когда Алика попыталась его «просмотреть», парень не дался из вредности. Но она могла сказать точно: он ни секунды не верил в пропажу девушки. После беседы у нее осталось чувство, что в разговоре была зацепка, ускользнувшая от колдуньи.

Дальше для ведьмы наступили не лучшие времена. Каждое утро начиналось со звонка Маши. Чем больше проходило времени, тем меньше у девочки оставалось зависти и обиды. В последнем их разговоре в голосе клиентки звучало звенящее, кристаллизованное отчаяние.

***

Поскольку зацепок больше не было, ведьма решила поговорить с Машиной мамой. Дверь открыла еще не старая статная русая женщина — вот в кого Маша красавица. Только очень усталыми и печальными были ее глаза.

Женщина давно хранила какую-то тайну. Это был один из тех секретов, которые со временем только набирают силу и вытягивают из владельцев все соки.

— Вы та самая ведьма, к которой обратилась моя дочь? — сухо спросила женщина, не пытаясь скрыть неприязнь. — Марианны нет дома.
— Вашу дочь зовут Марианна? — ахнула колдунья. — Когда Маша была маленькой, вы придумали идеального ребенка? Дочь лучшей подруги с теми качествами, которых Маше, на ваш взгляд, не хватало?

По тому, как изменилось лицо женщины, ведьма поняла, что попала в точку. Вот почему было так сложно найти энергетический след. Если бы Аня была сущностью, Алика бы ее почувствовала, если бы человеком — тоже. Но Аня не была ни тем, ни другим. Она была тульпой — воображаемым другом, который не может существовать отдельно от сознания Маши. Частью своего создателя.

— Проходите, в ногах правды нет, — сменила гнев на милость хозяйка. — Я думала, вы только деньги из моей кровинушки вытягиваете! А вы правда увидели все как есть!

Алика решила не уточнять, что догадка пришла к ней минуту назад. Хозяйка заварила чай. Вздохнула:

— Я, как и все мамы, хотела как лучше. Знаете, у Маши в детстве совсем не было друзей. И с классом она не ладила. Мне так хотелось, чтобы у нее была старшая сестра. Та, на кого можно опереться, с кого брать пример!

Алика не стала передавать шутку преподавателя по возрастной психологии о том, что «ставить кого-то в пример» — способ взрослых стравить детей. И о том, что бедная Маша всю жизнь считала, что ее мама предпочла бы ей Аню, тоже говорить не стала.

Женщина даже порадовалась, когда воображаемая Аня появилась в их жизни. Подумала, дочь приняла игру. Когда это начало выходить из-под контроля, женщина сказать не могла. Кажется, когда дочь начала видеть тульпу и ощущать. (Чтобы создать «друга» такой силы, нужно вложить огромное количество энергии, вот тебе и неосознанная магия, отметила ведьма.)

После этого мать потащила Машу к психиатру. Тот посмотрел девочку, задал ей вопросы. Сказал:

— Если бы она была взрослой, я бы поставил дебют шизофрении. Но так как Маша ребенок, это, скорее всего, просто фантазия. Воображаемый друг — частое явление. С возрастом проходит.

— У Маши не прошло, — жестко сказала Алика. — Почему вы снова к врачу не обратились?
— Мне было страшно, — мать подняла на ведьму огромные глаза. — Я много раз пыталась с ней поговорить и все объяснить, но она как будто не слышит. А недавно Маша вдруг заявила, что Аня пропала. Плачет, убивается, будто исчез настоящий человек, в универе не появлялась. Скажите, у моей девочки шизофрения?

«Хотела бы я это знать». Несколько дней Алика провела, освежая матчасть. С тульпами она не сталкивалась, поэтому не знала, как к ним относиться. Часть психиатров была убеждена, что это расстройство — шизофрения или раздвоение личности. Другая — что способ самопознания. Но все источники склонялись к мысли, что тульпа — это часть сознания создателя.

Эзотерики утверждали, что она получает доступ ко всем воспоминаниям и знаниям творца, подпитывается его энергией, перенимает качества, которыми тот ее награждает. Маша подпитывала ее — своей смелостью, удачей, харизмой. Она «скормила» ей даже свою профессиональную мечту! Следующим «блюдом» была бы зарождающаяся влюбленность.

Было ли Машино желание, чтобы Анна ушла, сигналом подсознания «хватит»? Или же тульпа обрела свою волю? Алика читала о таких случаях, и если Аня действительно была так добра и благородна, какой Маша ее создала, неудивительно, что ей захотелось уйти. Ведьма не знала.

Разговор с клиенткой вышел непростым. Новость о том, что ее подруга — тульпа, была воспринята спокойнее, чем Алика ожидала, будто Маша уже начала об этом догадываться. Клиентка немного поплакала и тихо попросила:

— Просто сделайте как прежде! Верните подругу! Ведьма вы или нет?
— Маша, — осторожно подбирая слова, начала Алика, — вы — Марианна. Все качества, которыми вы наделили Анну, — это ваши качества. Это вы красивы, смелы, умны, — Алика почувствовала, как вступает на зыбкую почву психиатрии. — Это на вас, русоволосую красавицу с лунными глазами, запал Женя.

 

Девушка кивнула — ее глаза мерцали, будто два лунных камня, пшеничные волосы падали на плечи кудрями, спина держалась ровно, а во взгляде появилась незнакомая прежде уверенность.

— Вы наконец-то соединились и нашли вашу Анну. Она всегда рядом. Только теперь внутри.

На прощание Алика все же не удержалась: сунула в ее куртку визитку знакомого психиатра и зашептала заговор, чтобы Марианна не поленилась к нему обратиться. На всякий случай.

Автор Власова Александра

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 9.43MB | MySQL:85 | 0,525sec