«Не страшно замерзать, страшно оттаивать…»- история уверенная в себе дамы, лет сорока

Жизнь проходит быстро. Но часто люди растрачивают отведенные им годы, думая, что им не будет ни конца, ни края. Кажется, что всегда будет так, как сейчас. Так думала и Ида Викторовна, уверенная в себе дама, лет сорока. Еще бы ей не быть уверенной! Любящий муж, исполняющий малейшие прихоти жены. Красивый, послушный сын-студент.

«Жизнь удалась!» — думала Ида Викторовна. Ещё бы! Она и только она решает, что и как делать.

Ида Викторовна работала преподавателем в институте. На кафедре все просто ненавидели её. Высокомерная, заносчивая, она не терпела никаких возражений. Даже заместитель декана, и тот предпочитал не связываться с ней. Расписание составлял, учитывая пожелания Иды Викторовны. У неё, единственной на факультете, не было «окон», не было занятий по субботам. А уж о студентах и говорить нечего. На занятиях у Иды Викторовны они просто тихо умирали. Получившие у неё «зачет», считались везунчиками. А сдавшие экзамен, вообще – сорвавшими джек-пот.

И вот произошел случай, который довел Иду Викторовну до сердечного приступа. Сын, Александр, который без разрешения матери не смел и шагу сделать, вдруг проявил «самостоятельность». Однажды на перемене Ида Викторовна заметила, что Саша разговаривает с какой-то студенткой. Она смотрела на него. Он смотрел на нее. Они смотрели друг другу в глаза. Александр не заметил, что на них внимательно смотрит его мать.

«Это что же значит? – встревожилась Ида Викторовна. — И ведь КАК они смотрели друг на друга!»
Она зашла на кафедру и бессильно опустилась на стул. «Нет, этого не может быть! Ничего, разберемся!»

Ида Викторовна уже выяснила, что Нина учится на инязе и увлекается танцами. Вечером она хотела серьезно поговорить с Сашей. Однако разговор не получился. Александр одевался в прихожей.

— А ты куда же это собрался?

— Пойду, прогуляюсь.

— А когда же ты будешь готовиться к завтрашним занятиям?

— А я уже подготовился. Да я ненадолго, часа на два. Схожу к Мише Жуков

У Иды Викторовны моментально созрел план. «Ничего, пусть идет. А я прослежу, куда это он собрался прогуляться!»

— Геннадий! Машину! – приказала она мужу.

— Сию минуту, Идочка!

Родители быстро сели в машину и поехали следить за сыном. Сначала они не видели, куда он пошел. Но вскоре Ида Викторовна заметила куртку Саши:

— Теперь потихоньку…Стой!

Саша стоял с той самой студенткой. Ида Викторовна вылетела из машины и подскочила к молодым людям. Задыхаясь от ярости, зашипела :

— Так вот к какому ты Мише пошел? Что, хотел мать вокруг пальца обвести? Не выйдет!

— Мама, успокойся. Ну что я такого сделал? – виновато улыбаясь, спросил Саша.

— Что такого? А ты со мной посоветовался, прежде, чем влюбляться?

— А что, для этого надо разрешение? – засмеялась девушка.

— А тебе еще никто слова не давал! Так что помолчи! Будешь говорить в другом месте!

Лариса удивленно посмотрела на Сашу:

— Ты зачем меня позвал? Чтобы я слушала оскорбления?

— Мама, ну, пожалуйста, перестань!- умоляюще обратился Саша к матери.

— Как это перестань?! Как это перестань!!! Ты будешь таскаться со всякими шалавами, а я должна перестать?

— Я вам не шалава! По какому праву вы меня оскорбляете? – возмутилась Нина.

— А мне не нужно разрешения! Я одна решаю, то и как будет поступать в моей семье! Понятно?

— Пожалуйста. Но вы должны относиться с уважением к людям.

— Это ты человек, что ли? У нас приличная семья! И я не допущу, чтобы мой сын встречался с кем попало!

— У нас тоже приличная семья. И я – не кто попало! Я – студентка!

— Ах, ах! Из крохотных уст — да великие речи! Да по тебе видно, какая приличная у вас семья! Ты что думаешь, я не заметила, что на тебе ботинки и шапка с чужого плеча!

— Пока, Саша! — Нина со слезами на глазах побежала прочь.

Дома Ида Викторовна решила устроить сыну капитальную выволочку. Но Саша не стал разговаривать с матерью. Ему было стыдно за неё и обидно за Нину. Однако он был и удивлен слезам девушки. Она была не робкого десятка. А тут вдруг спасовала… Но в последствие все обернулось совсем по-другому.

Когда на следующий день, на перемене, Саша попытался заговорить с Ниной, она резко отшила его:

— Никогда больше не подходи ко мне! Мне не о чем говорить с человеком, который промолчал, когда оскорбляли его девушку.

— Но ты не знаешь мою мать! Она ничего никогда не слушает! Всегда всё будет, как она решит!

— А это не мои проблемы! Да я и знать ее не желаю! Я себя уважаю. И никому не позволю унижать себя. Тем более, что я перед твоей матерью ни в чем не виновата!

— Ниночка! Но я люблю тебя! Неужели ты этого не понимаешь?

— Да ты хоть любовь-то не поминай всуе! Люди ради любви жертвуют жизнью! А чем ты пожертвовал ради своей любви? Ты даже слова не сказал в защиту любимой, как ты говоришь, девушки!

Нина ушла, так ни разу не оглянувшись. Саша стоял, понурив голову. В этот вечер Саша первый раз в жизни напился до беспамятства. Как он оказался дома, не помнил. Лишь утром очнулся от оглушительной оплеухи. Рядом стояла мать, растрепанная, красная от гнева:

— Ты что же это удумал, подлец? Я с тобой разберусь! Ишь, ты! Что, решил горе водкой залить? Большой вырос? Так знай, что водочка и не таких молодцов с ног валила!

— За что ты Нину обидела? Она хорошая девушка. Я её люблю!

— Да не смеши меня! Любит он! Надо же! Так ведь любить-то с умом надо!

— Мама! Ты, надеюсь, желаешь мне счастья? Тогда дай мне самому строить свою жизнь!

— Конечно, я желаю тебе счастья. Но счастье без ума – дырявая сума! Что ты в этой мешочнице нашел? Она же нищая!

— Мне нужна Нина, а не богатство.

— А-а-а! Тебе нужен рай в шалаше? Так ведь райская жизнь в шалаше заканчивается через месяц!

А когда у тебя не будет ни есть, ни пить, ни по душе подать, так сразу вспомнишь маменькины пироги!

-Ты не понимаешь. Пусть нищая, пусть небогатая. Но мне нужна только она.

— Да таких, как она, продают по два рубля ведро! Будет их у тебя еще туча!

Да и что ты в ней нашел?

— Значит, что-то нашел.

— Господи, да в нашем селе семь лет мак не родил, и голода не было! Так и без твоей Нинки!

— Какая же ты циничная! Мы говорим на разных языках! Хватит…Я пошел на занятия.

В институте он сел рядом со своим другом Мишей. Тот сразу заметил, что Саша сидит, как в воду опущенный:

— Ты чего, старик? Что с тобой?

— Не спрашивай… Жить не охота…

— Ну так расскажи, какая тебя собака укусила? – весело спросил Миша.

— Если бы собака, так еще можно жить. Мать меня достала!

— А-а-а! Видать и лягушку прохватила простуда! Так в чем же дело, рассказывай!

— Миш, что мне делать? Я, наверное, умом тронусь… Я Нину люблю, а мать на рога встала. Даже слышать не хочет о ней.

— Ты должен сам решить, что делать. В таких делах никто тебе не поможет.

— Но ты же знаешь мою мать. Знаешь ведь, какая она. С ней хлестаться, что против ветра плевать.

— Если тебе нужна Нинка, то борись! Захочешь — и не так раскорячишься.

После занятий Саша медленно шел по аллее, думал, что ему делать. И вот что надумал. Снять квартиру и жить там вместе с Ниной. Даже веселее стало на душе.

На следующий день Саша снова подошел к Нине:

— Нина, я делаю тебе предложение руки и сердца.

— А как же мама? Ты у неё спросил разрешения? У вас в семье ведь только она решает, кто и что будет делать. Не боишься, что она тебя в угол поставит? Или, не дай Бог, ремнём отшлепает? – усмехнулась девушка.

— Нина, ну зачем ты так? Скажи, ты меня любишь?

— Люблю. Нечего и спрашивать.

— Тогда выходи за меня.

— Не хочу! Унизительно жить рядом с вами. Вроде бы интеллигентная семья. А на деле – обыкновенные мещане. Твоя мать оскорбила меня именно за то, что я небогато одета. А сама я, как человек, видимо, ничего не значу.

— Нина, давай снимем квартиру. Распишемся. И тогда мать уже не сможет нам помешать. А со временем она и сама поймет, какая ты прекрасная девушка.

— Саш, ты меня слышишь? Не буду я твоей матери ничего доказывать. Найдет она тебе невесту по своему вкусу. И женит, тебя не спросит! А ты будешь идти под венец, как агнец на заклание. И даже не вякнешь!

— Нина! Я тебя понимаю. Понимаю, что в тебе сейчас говорит обида. Но я прошу тебя стать моей женой. Я тебе обещаю, что сделаю все, чтобы ты была счастлива. Одного не могу обещать – богатства. Мне от родителей ничего не нужно. Сами будем крутиться. Горько заработаем, да сладко съедим!

— Я еще подумаю над твоим предложением.

Но Саша был уже уверен, что Нина примет его предложение. Купил газету и стал искать объявления о сдаче квартир. Нашел. Позвонил. Сговорились с хозяйкой о цене.

Через день он снова заговорил с Ниной. Сказал, что нашел квартиру и можно вселяться хоть сейчас.

Нина, немного подумав, ответила:

— Согласна, но при условии, что ты избавишь меня от визитов своей матери.

— Обещаю.

В этот же день молодые люди перенесли свои нехитрые пожитки на съемную квартиру. Правда, Саше и на сей раз пришлось вынести стычку с Идой Викторовной. Когда он начал собирать вещи, мать сначала молча наблюдала за ним. Затем ехидно поинтересовалась:

— А ты куда же это собираешься?

— Мы с Ниной сняли квартиру. Сегодня переезжаем.

— Ну это я сразу поняла. А по какому праву ты решил забрать вещи, которые купила тебе я?

Саша молча положил одежду на место. Оделся и, ни слова не говоря, ушел.

Когда они с Ниной пришли на квартиру, Саша засмеялся:

— Ну вот, оказывается, ты намного богаче меня. У тебя вон сколько вещей, а у меня – ничего нет!

— Купим! Мне родители помогут деньгами. Я уже звонила им. Они спросили только, хорошего ли я мужа себе нашла. Я успокоила их. Сказала, что очень хорошего. Надеюсь, я не обманула их? – улыбнулась Нина.

Через три месяца молодые люди расписались. Но перед регистрацией между ними состоялся разговор:

— Саша… Послушай, Саша. Я не хочу, чтобы ты думал, будто я – обыкновенная сварливая девка.

Давай пригласим твоих родителей на регистрацию. Я уверена, что Ида Викторовна сожалеет, что так все получилось. Ведь она любит тебя. Но она гордая. И не пойдет первой на примирение. Давай поклонимся ей, голова не отвалится. Поведем себя, как будто ничего и не было?

— Ниночка… Милая… Какая ты хорошая! Как ты меня любишь! Признаться, я мечтал о том, чтобы помириться с родителями. Но боялся даже намекнуть тебе об этом. Конечно же, давай пойдем к ним и пригласим.

— Давай купим красивый букет цветов и пригласительную открытку. Всегда делать все красиво?

— Давай!

Молодые люди пошли в цветочный магазин.

— А какие цветы любит Ида Викторовна, — спросила Нина.

— Она любит белые розы.

— Девушка, оформите красиво букет белых роз, — попросила Нина продавца. Потом они купили красивую открытку и написали приглашение на регистрацию брака. Счастливые, она пошли к родителям Саши.

Когда они позвонили, дверь открыла Ида Викторовна.

— Здравствуй, мама. Позови, пожалуйста, папу. Отец вышел в прихожую.

— Дорогие папа и мама, — волнуясь протянул букет Саша, — приглашаем вас на регистрацию нашего брака!

— Да ты что, идиот! И у тебя хватило наглости тащить к нам в дом эту нищуху? Эту шансонетку! Вон! Вон из моего дома! И чтоб никогда духу вашего здесь не было!

Ида Викторовна швырнула цветы на лестницу и с яростью захлопнула дверь.

Саша стоял весь белый от потрясения.

— Ничего, Саша! Была бы честь оказана. Другого я и не ожидала. Пошли, у нас еще много дел сегодня.

Было видно, что Саша удручен. Не мог даже говорить. А Нина, как ни в чем не бывало, готовилась к завтрашней регистрации.

В ЗАГСе все прошло очень хорошо. Были друзья и родители Нины. Очень интеллигентные и дружелюбные люди.

После регистрации все поехали в ресторан. Весело отметили это радостное событие. Родители Нины подарили молодым значительную сумму денег. Друзья тоже подарили нехитрые, но необходимые в хозяйстве вещи.

И зажили молодые. Нина сразу же устроилась в Дом детского творчества руководителем танцевального кружка. Стала получать зарплату. Саша устроился ночным сторожем в ресторан. Работал сутки через трое. И так пугающая их поначалу самостоятельная жизнь, оказалась совсем не страшной. Саша с Ниной часто видели в городе родителей. Те, как всегда шли под ручку. Мать всё такая же. Идет, гордо подняв голову. Отец – с продуктовой сумкой в руке. При виде молодых, Ида Викторовна демонстративно отворачивалась. Давала понять, что не желает их видеть.

Вот и закончена учеба в институте. Впереди работа. Саша работал уже в институте ассистентом преподавателя. Зарплата мизерная. Но это всего лишь на три года. А через три года он станет старшим преподавателем. Все у молодых было хорошо, кроме одного: жили они на съемной квартире. А Нина была уже беременной. Квартирная хозяйка сказала, чтобы квартиранты подыскивали себе другое жилье. Нина была уже в декретном отпуске, и доходы молодой семьи сильно сократились.

Саша пошел к ректору института и попросил дать какое-нибудь жилье. Ректор ответил, что институт не имеет отдельного жилья, но если Сашу устроит, то они могут занять комнату в студенческом общежитии. Саша согласился. Нина была очень рада, что их жилищный вопрос решился таким образом. Но радоваться было рано. Пока Нина не родила, жизнь в общежитии была вполне сносной. Но вот наступил день, когда Саша отвез Нину в роддом. Через насколько часов , позвонив, он узнал, что родился сын. Радости не было предела. Забыв все на свете, Саша помчался к родителям. Радостный, он с порога улыбнулся:

— Дорогие мама и папа! Поздравляю вас! Вы стали дедушкой и бабушкой! У вас родился внук!

— Нашел с чем поздравлять! – фыркнула презрительно Ида Викторовна – Эка невидаль! Плодить нищету – кому ума не доставало! Накуёте еще косой десяток!

— Да что же вы за люди такие?! Это же ваш внук! Неужели вас это не радует?

Саша, понурив голову, отправился домой. Но грустить некогда. Нужно дать телеграмму родителям Нины. Вернувшись в общежитие, Саша с удивлением увидел, что его встречает толпа друзей. С подарками для малыша. С громкими поздравлениями. На душе стало легко и радостно. Шумно отметили важное событие. А на следующий день приехали и тесть с тещей. Привезли много вещей для новорожденного. Потом приготовили комнату к встрече молодой мамы и малыша.

Жизнь пошла своим чередом. Однако назвать ее нормальной было невозможно. Ни тишины, ни покоя не было до глубокой ночи. Все стало проблематичным. Ни обед нормально приготовить, ни искупать ребенка – ничего! Не сказав Нине ни слова, Саша вновь отправился к родителям:

— Мама, нам жить негде. В общежитии просто ад какой-то. Пока не было Максимки, еще можно было мириться. А сейчас – нет. Я прошу вас пустить нас к себе. Ну хотя бы временно. Потом что-нибудь придумаю.

Ида Викторовна сразу встала на дыбы:

— Ты что же это выдумал? Да как тебе это вообще в голову пришло? Нам не хватало только вас с вашим выродком! И думать забудьте!

— Ну что ж. Другого я от вас и не ожидал…

Саша вернулся в общежитие. На вахте его встретила тетя Валя. Чрезвычайно добрая и простодушная женщина:

— А чего ты, Сашенька, головушку повесил? Случилось что?

— Да нет, тетя Валя. Ничего особенного не случилось. Просто сейчас ходил к родителям, просил, чтобы пустили нас жить к себе. Сказал, что с ребенком в общаге жить невозможно. Отказали…

— Ох ты, горюшко… — вздохнула женщина.

Через час Саша с Ниной услышали тихий стук:

— Открыто!

— Ребята, — в дверь просунулась голова тети Вали – что хочу сказать…

— Да вы проходите, — пригласил её Саша.

— Спасибо. Ребята, не знаю, как вам даже сказать. Уж простите меня за смелость. Но вы же знаете, наверное, что я живу одна. Мой сыночек Юрочка умер, уже как десять лет. Так что я хочу предложить. Переезжайте ко мне. У меня, правда, квартирка-то не ахти какая, но в тесноте, да не в обиде.

— Да что вы, тетя Валя! Спасибо за предложение! Но зачем вам эта головная боль?

— Что вы, что вы! – испугалась женщина! – Какая головная боль? Да я от одиночества уже одурела!

Да меня мои стены съедают! Иной раз ночью лежу и думаю : «Господи, да хоть бы за стеной кто больной лежал, кашлял! И то веселей было бы!» А тут будет ангельский голосочек кричать! Какая для меня это радость! Если вам подходит мое предложение, то перебирайтесь! И больше ни о чем не беспокойтесь!

Молодые люди переглянулись. Они поняли друг друга без слов. Если честно, то их очень смущал вопрос о плате за жилье. Они уже привыкли к свирепой экономии. За общежитие-то плата маленькая. А вот потянут ли они квартиру?

— Спасибо, тетя Валя, огромное за предложение. Но мы хотели бы узнать, сколько вы просите за жилье?

— Да что вы такое удумали?! Да что же я, нелюдь какой? Неуж я буду на чужой беде наживаться?

Никакой мне платы не нужно! Я ведь старуха! Кофта есть, юбка есть, что еще мне надо? Перебирайтесь и живите!

Молодые люди не верили своему счастью. Надо же такое! Родные родители на порог не пустили. А тут совсем чужой человек умоляет жить в его квартире!

Молодая семья переехала на новое место жительства. В маленькой двухкомнатной квартирке чистота и уют. Устроились, как нельзя лучше. Тетя Валя и с ребенком помогала. Пока Нина справлялась с домашними делами, она с Максимкой нянчилась. Саша с Ниной удивлялись, как много всяких песенок, прибауток, потешек знает тетя Валя.

Максимка подрастал. Уже начал лопотать своим язычком, начал говорить первые слова. Однажды, вернувшись домой из магазина, Нина застала тетю Валю в слезах:

— Что случилось, тетя Валя, — встревожилась Нина.

— Случилось, Ниночка… Максимочка мне сказал: «Баба». А я уж думала, что меня никто никогда бабой не назовет… Вот я и плачу о радости…

— Конечно, вы – настоящая бабушка для Максима. Да и мы с Сашей считаем вас родной. Вы меня простите, пожалуйста. Я понимаю, что вам тяжело об этом говорить, но, все же, я хотела узнать, почему умер ваш сын?

— А вот когда произошел взрыв в Чернобыле, Юрочка как раз в армии служил. Шофером. Ну вот тогда его и перебросили туда. Возил щебенку да еще что-то. Домой вернулся уже больной. Долго болел. Лечили его, лечили, да так и не вылечили. Угас в двадцать два года. Я думала, с ума сойду.

Жила и не жила. Сердце, как будто колесом паровозным придавило. Только в церкви и спасалась от тоски…

Нина обняла тетю Валю. И так сидели они, обнявшись. А Максимка топал мягкими ножками по комнате.

— Тетя Валя, вот вы чужой человек, а стали нам ближе родного. А Сашина мать нас и знать не желает. Мы уже не один раз пытались наладить с ней отношения, но всегда натыкались на бетонную стену. Даже к отцу Сашиному близко не подпускает!

— Да знаю я её, Ниночка, уже много лет. Что я могу сказать? Глупый она человек. Как это можно от своих детей отказываться? Она что, умирать не собирается? Сейчас всех от себя отшибает, а потом искать будет, да никого не найдет. Старость-то, ох как быстро подлетит! И ахнуть не успеет! А рядом – никого! Вот тогда-то она всё вспомнит! Старые люди говорили : «Не страшно замерзать, страшно оттаивать!». Так-то вот, милая!

Так и жили они все вместе дружно. Максим подрастал. Сначала в детский садик ходил. Потом – в школу. Саша с Ниной работали. Все со временем наладилось. Тетя Валя уже совсем старенькая стала.

Однажды Саша вернулся домой понурый:

— Нина, папа умер. Надо бы на похороны сходить, да не знаю, как. Пойдем?

— Конечно, надо пойти. Давай Иде Викторовне денег предложим. Ведь похороны – очень дорого обходятся. На том и порешили.

Купили большой венок, в конверт положили деньги. Перед подъездом собралась толпа провожающих в последний путь. Перед гробом, как каменная статуя, стояла Ида Викторовна. Саша подошел к ней:

— Мама, прими наши соболезнования. И возьми от нас деньги. Они тебе понадобятся!

— А вы как посмели сюда явиться?! Вас-то кто сюда звал? А ну, проваливайте! – заорала Ида

Викторовна. Схватив венок, мать швырнула его в сына с невесткой!

— Пошли вон отсюда! Что, пришли порадоваться на мое горе? Убирайтесь! И, когда умру, чтоб вы у ног моих холодных не стояли!

Все провожающие с ужасом смотрели на Иду Викторовну. Люди думали, что ведь смерть родного человека должна всех примирить. А тут происходит такое, что и уму не постижимо! Люди, молча, осуждали поведение Иды Викторовны.

— Мы поняли тебя, мама. Не бойся, больше никогда не придем. Только успокойся и не срамись перед людьми.

Так у ушли Саша с Ниной, не понятыми матерью и не прощенными.

ЭПИЛОГ.

Было лето. На школьном дворе веселилась детвора. Это на летней школьной «площадке» вожатые устроили игры на свежем воздухе. А из-за угла осторожно выглядывала пожилая женщина. Убедившись, что никого из знакомых нет, она подошла к вожатой:

— Скажите, а Максим Белов ходит на площадку?

— Ходит. Да вот же он! Максим, подойди сюда!

Подбежал очень красивый мальчик.

— Максим, тут тебя спрашивает эта женщина.

— Максимочка, ты меня не знаешь. Я твоя бабушка Ида.

— А у меня нет никакой бабушки Иды. У меня есть только баба Таня и баба Валя. И еще мне мама запретила разговаривать с незнакомыми людьми!

И мальчик вприпрыжку побежал играть дальше.

Еще долго люди с удивлением видели, как рано утром, когда дети шли в школу, какая-то старушка стоит и выглядывает из-за угла, точно ища взглядом кого-то очень дорогого для себя. И, увидев мальчика, скрывшегося в дверях школы, понуро плетётся домой…

Лилия Падерина

 

 

Источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 9.87MB | MySQL:79 | 0,375sec