Обида

Такое не забывается
«Лучше бы тебя не было» — эту фразу Вовка слышал в детстве чуть ли не каждые выходные.

Когда его мама, мать-одиночка, в выходные собиралась куда-то в гости, в надежде познакомиться там с одиноким мужчиной, она всегда с тоской смотрела на своего малолетнего сына. Прикидывала, кому из соседей сегодня оставить его на попечение.

— Лучше бы тебя не было, — говорила она чуть слышно, как бы самой себе, но Вовка понимал, что это сказано про него.

Потом она брала Вовку за руку и вела его к какой-нибудь сердобольной соседке.

— С моим посидите? – спрашивала мать, уверенная, что ей не откажут.

И не отказывали.

Поэтому Вовка знал всех соседей как облупленных. Знал, кто и чем живёт, а ещё он знал, кто что думает о его матери.

Иногда мать забывала сына забирать от соседей, оставляя его у них ночевать. А может и не забывала, а делала это специально.

Пока Вовка взрослел, мать умудрилась два раза выйти замуж, и оба раза — неудачно. И всякий раз, после очередного ухода мужа, она смотрела на сына с затаённой обидой и шептала: «Всё из-за тебя… Лучше бы тебя не было».

Поэтому когда Вовка вырос, он с огромной радостью ушёл в армию. Затем, вернувшись, тут же завербовался работать на дальний север.

За десять лет заработал денег, переехал на юг, женился там на простой девушке, бывшей детдомовской, и сразу же купил дом.

С матерью он почти не общался. Даже по телефону. Потому что, когда он слышал в трубке её голос, у него в голове мгновенно всплывала та страшная фраза из детства «Лучше бы тебя…».

Вместо разговоров он посылал матери короткие текстовые поздравления на праздники. И то, только потому, что жена заставляла это делать.

Мать же, не смотря на то, что осталась без сына, тоже по нему особо не скучала. Она попыталась ещё раз выйти замуж, но опять неудачно.

Скоро у Владимира у самого появились дети, и он полностью погрузился в счастливую семейную жизнь.

Но однажды его жена вдруг сказала:

— Надо взять маму жить к нам.

— Какую маму? — не сразу понял он.

— Твою.

— Нет! – У Владимира даже похолодело сердце.

— Почему? — удивилась жена.

И ему, всё-таки, пришлось рассказать жене про свою обиду. И про ту фразу, которая часто звучала из уст его матери.

— Это было давно и не правда, — сказала, подумав, жена. — Время идёт и люди меняются. Твоя мама постарела, и теперь уже, наверное, жалеет о том, что когда-то это говорила.

— Но зато я всё прекрасно помню.

— Забудь, — улыбнулась жена.

— Не могу, — замотал он головой. – Не-мо-гу!

— И, всё равно, тебе её нужно простить, — опять улыбнулась жена. – Знаешь, я бы теперь многое отдала за то, чтобы сейчас увидеть свою маму.

— Ту, которая тебя бросила? – ужаснулся Владимир. – Которая оставила тебя в роддоме?! Ты с ума сошла?

— Да. Сошла.

— Но зачем тебе это нужно – её видеть? Как же твоя обида? Неужели прошла?

— Да. – У жены вдруг на глазах заблестели слёзы. — Сначала я боялась об этом даже думать, но теперь, когда у нас с тобой появились дети, что-то во мне перевернулось. Я часто думаю о ней, представляю, какая она могла быть… Понимаешь?

— Нет! — холодно ответил он. — И во мне ничего не перевернётся. Никогда не перевернётся. Я мешал своей матери всю жизнь, и она всегда мечтала остаться одной. Вот и пусть живёт одна.

– А мне её жалко, — призналась жена.

Он, чтобы превратить разговор, просто встал и вышел из комнаты.

Через неделю жена сообщила:

— Вчера я звонила твоей маме.

— Зачем? – испугался Владимир.

— Я пригласила её к нам пожить.

— Прекрати! – воскликнул Владимир. – Немедленно прекрати об этом даже думать.

— Она тоже отказывалась изо всех сил, — опять улыбнулась жена. – У вас, оказывается, одинаковые характеры.

— Почему это? – удивился он.

— Упрямые вы. Но я упрямее вас. И мы с ней договорились.

— О чём?

— О том, что она поживёт у нас месяц. – Увидев, что муж готовится опять возражать, она опередила его. – Всего один месяц. Она будет жить в гостевом домике. Я сделаю так, что вы почти не будете пересекаться.

Владимир тяжело задышал. Ему показалось, что сейчас у него остановиться сердце. Если бы он не любил жену, он бы наговорил ей много нехорошего. Но он сдержался.

— Хорошо… — выдохнул муж, спустя какое-то время. – Если ты хочешь, пусть всё будет так. Но я тебя умоляю, не заставляй меня общаться с ней. Если хочешь – обнимайся с ней, целуйся, но я не могу. Понимаешь?

— Понимаю, – серьёзно ответила она. – Но единственное, о чём я тебя ещё попрошу, в воскресенье отвези меня на вокзал. Нужно её встретить.

— Ты сказала — когда? – ужаснулся он.

— В это воскресенье. Мы её встретим, привезём сюда, и всё. Дальше я буду общаться с ней сама. Ладно?

Вместо ответа он обречённо махнул рукой.

Все ночи до воскресенья он плохо спал. Всё вспоминал, вспоминал своё детство, и обречённо вздыхал.

Жена, понимая, что творится с мужем, обнимала его, как ребёнка, гладила по плечу и твердила:

— Всё будет хорошо. Всё будет очень хорошо.

Воскресенье, всё-таки, настало. Приехав на вокзал, жена поспешила на перрон, а Владимир сидел в машине и настраивался на то, как он будет встречать мать – холодно, с беспристрастным взглядом.

Но когда его мать, ведомая под ручку его женой, появилась из-за здания вокзала, ужасно растерянная и очень постаревшая, у Владимира невольно сжалось сердце.

 

Он непроизвольно выскочил из машины, сделал шаг вперёд, растерялся и замер. А потом, всё-таки, не выдержал и распахнул объятия.

— Мама!

Владимир обнимал мать впервые за двадцать пять лет разлуки. Обнимал и чувствовал, как обида, которая жгла его сердце все эти годы, вдруг начинает таять. А вместо обиды в груди появляется что-то тёплое, что-то нежное и очень щемящее…

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 9.53MB | MySQL:83 | 0,288sec