Пусть соседи говорят, что хотят

И сварливым женщинам хочется счастья, особенно, если ты одинокая. Лидии хотелось счастья, хотелось мужского внимания, хоть и шестьдесят уже. Вот только, где его взять, этого внимания. Да и ровесников её совсем не осталось.

Все мужики в деревне звали её, не иначе как «барыня». Она была богата по деревенским меркам, у неё всегда находилась работа, платила она мало, но где в их небольшой деревушке можно ещё заработать даже эти небольшое деньги.

 

***

Трое её очередных работника, с утра пилили и кололи ей дрова, и теперь ждали оплату своего труда, стоя возле изгороди.

— Что-то барыня совсем не торопится, — произнёс молодой мужчина.

— А ты зайди к ней в дом, — улыбнулся мужчина постарше. – Предложи ей баньку затопить, спинку ей потрёшь.

— Нет уж, уволь! Ни за какие деньги.

— Идёт!

Та подошла и сунула им по тысячерублёвой купюре.

— Лидия Михайловна, — возмутился самый старший из работников. – Мы у тебя с утра пашем, а ты нам по тысячи.

— Хватит вам! Вы даже двор за собой не подмели и окурков набросали.

— Завтра Троица, а вы ругаетесь!

— Вот вам ещё, — хозяйка протянула пакет с бутылками. – Всё, до свидания!

Мужики забрали пакет и ушли.

Лидия посмотрела им вслед и ворчливо произнесла себе под нос:

— Чем недовольны? Вместо того, чтобы сказать: спасибо, что ещё плачу какие-то деньги, они возмущаются. Весь двор в свинарник превратили. Хоть самой бери метлу и подметай, — глянула на улицу. – О, Ромка идёт! Его что ли заставить. Его хоть ветром шатает и прихрамывает, но двор подмести сможет.

Подождала, когда он подойдёт, этот мужик, который был лет на десять младше её, и грубо спросила:

— Заработать хочешь?

— Да. А что сделать?

— Двор подметёшь, только хорошо!

— Ну, давай! – и он смело зашёл во двор. – Делать всё равно нечего.

Делать Роману, действительно, было нечего. В городе его на работу не брали с его-то восьмью классами и физическими данными. Любой начальник, едва взглянув на него, тут же находил причину для отказа. Мужики, когда ходили шабашить, его тоже с собой не брали. Был огородик, во дворе куры. Так и жил, чем бог пошлёт. Жены у него никогда не было.

Взялся за работу. Работал медленно, но тщательно сметал каждую щепочку.

— Лида, что к празднику готовишься? – улыбнулся он хозяйке.

Та даже растерялась. К ней так, по-простому, редко кто обращался, тем более, такой молодой, по её мерке, мужчина.

— Ты мети и поменьше разговаривай! – ответила своим обычным грубым голосом.

Зашла в дом, прошла на террасу и стала наблюдать за работником:

«Чего это он со мной, как с равной, разговаривает? Нашёл подружку! Сколько ему за двор заплатить? Ста рублей, пожалуй, хватит. А может накормить его. Вон какой худой. Досыта, поди, никогда и не ел».

Зашла на кухню, огляделась:

«Что ему сготовить? Мой, когда жив был, — глянула на образ и перекрестилась. – Царствие ему небесное! Девять лет его со мною уже нету. Он ел и пил много, от этого и помер. Старше меня был лет на десять. Тогда даже, в душе, обрадовалась: кончились мои мучения. На жизнь он мне оставил. С тех пор на меня ни один мужик, ни разу не обратил внимания. И детей у меня никогда не было. Видно господь решил меня наказать».

 

Постояла, повспоминала былую жизнь:

— Ой, что я стою? Я же этому Ромке хотела обед сготовить. Хотя настоящий обед приготовить не успею, приготовлю, что-нибудь на скорую руку, — произнесла она вслух.

Разговаривать Лидии было не с кем, и она часто разговаривала сама с собой.

Нарезала колбасы, сыр, открыла рыбные консервы и ещё много чего. Всё было дорогое и вкусное и бутылка магазинная с дорогим напитком. Для себя любимой она деньги не жалела. От мужа остались какие-то ценные бумаги и по ним до сих пор деньги приходят. В последнее время по сто тысяч. Куда для одной такие деньги? Да ещё хозяйство своё.

Вновь вышла на террасу и стала смотреть, как работает мужчина. Едва тот закончил уборку, вышла на крыльцо:

— Роман, зайди!

Тот пожал плечами на губах мелькнула улыбка и пошёл следом за хозяйкой. Дома та кинула на ванную комнату, у Лиды все удобства были дома:

— Мой руки и садись ужинать!

Роман глянул на стол и пошёл мыть руки.

Чистый и довольный сел за стол:

— Что, Лида, уже темнеет? Можно начинать Троицу справлять.

— Троицу на природе справляют, — неожиданно улыбнулась. – Ладно, наливай понемногу!

Просьба тут же была выполнена.

— Лида, за твоё здоровье! – произнёс гость, кивнув головой.

Такой колбасы Роман не пробовал и из консервов, в основном, ел только кильку в томатном соусе, и он потихоньку стал уничтожать содержимое стола, не забывая наливать понемногу.

«А он неплохой мужик! – всё чаще и чаще приходили Лиде в голову интересные мысли. – Ну, худой, немного хромает, зато как красиво говорит и на меня, как-то по-особому смотрит. Почему я на него никогда внимания не обращала?»

«А она неплохая женщина! Все говорят, что злая и жадная, а вон какой стол накрыла. Улыбается, значит, не такая уж и злая. Ой, что-то я засиделся, пора и меру знать. А уходить так не охота».

Всё же поднялся из-за стола:

— Лида, мне, наверно, пора? – произнёс как-то неуверенно.

— Рома, ты куда? Там на улице темно…, — она понимала, что говорит глупость, но умного ничего в голову не приходило.

— Да, темно…

— Оставайся! У меня четыре комнаты, я тебе постелю.

— Ну, ладно!

— Иди, пока мойся, а я тебе койку приготовлю!

***

Быстро расправила постель. Подбежала к комоду, достала халат и полотенце. Выбрала носки из своих потемнее.

Бросилась к ванной комнате, просунула руку:

— Рома, тебе полотенце и халат.

 

Роман, явно, не ожидал такой заботы от хозяйки. Вылез из ванны, вытерся чистым новым полотенцем и надел халат. Дома-то новых полотенец отродясь не было, да и чистых тоже, а уж про халат и говорить нечего.

И тут его взгляд упал на свои носки и трусы. Мелькнула мысль:

«Надо постирать».

Потрогал трубу, тёплая.

Трусы-то ещё нормальные, всего в двух местах порваны, а вот носки… И тут он увидел новые носки, который сразу под халатом не заметил. Облегчённо вздохнул и бросил свои в мусорную корзину.

Хозяйку уже ждала его:

— Иди вон в ту комнату и спи! Я пока порядок наведу.

Зашёл Роман в чистую комнату, лёг на чистую постель и не заметил, как заснул.

***

Правда, вскоре проснулся, за стенкой кровать заскрипела.

«Я же не дома», — сразу вспомнил, где находится.

Невольно прислушался. За стенкой вновь скрипнула кровать и раздался вздох, какой-то печальный и разочарованный.

«Лида, что-то не спит? – послушалось какое-то шмыганье. – Она, что плачет?»

Встал и направился в соседнюю комнату. Прислушался и решительно открыл дверь.

***

Проснулась Лида, когда едва рассвело. Рядом её вчерашний работник:

«Что соседи подумают? – сразу пришла в голову мысль. – Надо его выпроваживать».

Легонько потрясла за плечо:

— Рома, просыпайся! Уже светло.

— Что? – он сел на кровать и удивлённо завертел головой.

— Собирайся домой!

— Да, сейчас! – последовал тяжёлый вздох.

***

Он ушёл, а слёзы сами полились из глаз. Немного поплакав, Лида попыталась разобраться в том, что случилось этой ночью:

«Что люди подумают обо мне, если узнаю? Заманила старая мужика. А я ведь совсем не старая. Разве шестьдесят лет старость? Всё равно получается, что заманила, — но вот по лицу скользнула нежная улыбка. – А Рома таким хорошим мужиком оказался. Может зря я его выгнала? Нет не зря. Между мужчиной и женщиной должна быть какая-та, хоть бы симпатия… романтика».

***

Долго не могла Лида успокоиться. Всё не могла понять правильно поступила или нет. Немного успокоившись стала готовить завтрак.

Получился он у неё каким-то необычным. Яичница с колбасой, посыпанная мелким укропом, зачем-то поставила на стол миску с деревенской сметаной. Заварила крепкий чай.

Она стояла и смотрела на накрытый стол, когда в дверь раздался стук, заставивший вздрогнуть.

Открыла. В двери стоял Роман. Он сделал шаг через порог и протянул букет ромашек:

— С праздником тебя, Лида!

На лице женщины появилась счастливая улыбка из глаз полились слёзы. Трепетно взяла букет:

— Спасибо, Рома!

А в голову ворвалась безумная мысль:

«Пусть соседи говорят, что хотят, мы всё равно будем вместе!»

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 9.35MB | MySQL:85 | 0,477sec