Юле часто приходилось краснеть за маму, еще с самого детства. Эмма Сергеевна обладала двумя несовместимыми между собой качествами: чрезмерным любопытством и неумением держать язык за зубами. Может быть из-за этого папа с мамой часто ссорились, и папа ушел из семьи, ведь ему тоже приходилось краснеть за жену. «Сплетница» — говорили о маме окружающие, и Юле было тоже стыдно.
![](http://nu-i-nu.site/wp-content/uploads/2023/01/Screenshot_72-2.png)
Эмма Сергеевна не жила своей личной жизнью – ее у нее просто не было. Профессия библиотекаря ее не устраивала, где она проработала чуть ли не смолоду: клиенты – молчуны, в зале – тишина, а так хотелось почесать языком. Эмма Сергеевна устроилась на фабрику в коллектив, где была изгнана за сплетни – коллеги ее не приняли, а потом и вовсе устроили бойкот. Потеряв «интересную» работу, она решила поправить свое здоровье и решилась на операцию, которую долго откладывала из-за серьезных рисков. Операция была крайне неудачной, и Эмма Сергеевна стала инвалидом – передвигалась с помощью палочки сильно хромая. Работать она могла только в таком же тихом и сидячем месте, как библиотека – без лишней суеты. Тогда еще только начиналось время интернета, а компьютера в семье Юли и ее мамы еще не было, да и неинтересен он был консервативной женщиной. Когда Юля начала работать и накопила на свой первый ноутбук, мама даже не глянула на него.
— Подумаешь, какая-то бездушная раскладушка с кнопками, — фыркнула она. – Никакого живого общения.
А живого общения у мамы было все меньше и меньше – своими качествами она разогнала всех подруг, которые не хотели оказаться под обстрелом ее сплетен, все дорожили своей репутацией и личной жизнью, хоть и не всегда удачной. Эмме Сергеевне нужно было устроиться на какую-то работу, и даже не ради денег, а ради общения, и она нашла самую лучшую для нее должность: она устроилась консьержкой в подъезде. Каждый день проходили между нее люди со своими судьбами и скелетами в шкафу. Зная подноготную о всех и каждом, она с легкостью выбалтывала все секреты даже родственникам жильцов – кто куда приходил и сколько пробыл. Кто-то недолюбливал Эмму Сергеевну, кто-то открыто ненавидел, а кто-то ее просто обожал – ведь от ее зоркого глаза не уйдет даже супружеская неверность, а Эмма Сергеевна была борцом за чистоту отношений.
— Мама, тебя и из этой работы выгонят за твой язык без костей! – говорила Юля.
— Не выгонят! – с гордостью отвечала мать. – Меня там уважают. И вообще, я умею даже в порядочном человеке распознать вора, а это в нашей профессии самое главное.
Новое профессиональное увлечение мамы распространилось и на личных соседей по дому. Если раньше Эмма Сергеевна не сильно интересовалась их жизнью, то теперь ее любопытство заиграло новыми красками. Со старыми жильцами девятиэтажки было и так все понятно – у них простая, размеренная жизнь, но если появлялись новоселы, то интерес Эммы Сергеевны возрастал до самых высот. Собственно, это история и началась с переезда семьи Горбуновых – как раз напротив квартиры Юли и ее мамы.
— Смотрю, в окошко и в глазок – носят вещи, — рассказывала мать Юле. – Сынишка у них лет четырех, крутится рядом, добро семейное стережет, если родители удалились. Разве можно такого маленького одного оставлять? Хорошо, хоть я из окна присматривала за ним. Чую – что-то нехорошее в их семье. Буду наблюдать.
— Мама, брось ты свои детективные штучки, не хватало еще с соседями рассориться, не твое это дело. Тебя даже местные старушки на лавочке в свою компанию не принимают, ты и их переплюнула по чесанию языком не по делу.
— А мне и неинтересно сидеть с этими старыми дурами. У них в голове ничего нет, кроме болезней и платежек по ЖКХ, они не видят, что перед их носом творится.
Каждый день Эмма Сергеевна рассказывала Юле что-то новое из жизни молодых новоселов:
— Я узнала их фамилию – Горбуновы, информация из верного источника. А сегодня они с ребенком вышли погулять, в лифте с ними еду, спрашиваю: «Как же зовут наших новых соседей?», они мне представились: Миша, Даша и мальчик Сеня. Больше из них клещами нельзя даже слова вытянуть, как воды в рот набрали. Какие-то они нелюдимые.
— Вот и не лезь, — посоветовала Юля. – Это не твое дело.
Но ближе к лету Эмма Сергеевна увидела, как к подъезду подъехало такси, в багажник положили чемодан, и Даша с Сеней уехали. Миша только проводил их до машины.
— Представляешь, — с возмущением сказала она дочери. – Он даже не поцеловал жену! Я думала – она навсегда уехала, специально вышла в подъезд, мол, подметаю, и спросила у Миши: «Куда же Даша с ребенком уехали?», а он: «К родителям в деревню отдыхать». Так и есть – сбагрил!
А дальше события быстро набирали обороты – Миша стал водить к себе какую-то девицу. Мама несколько раз порывалась стать «полицией нравов» в соседской квартире, но Юля ее не пускала. И вот в один из дней, Миша с тортом и со своей новой пассией зашли в подъезд, а, буквально через полчаса подъехало такси – из него вышли Даша с Сеней.
— Попались! — потирая руки сказала Эмма Сергеевна. – Сейчас будет скандал!
Она не отлипала от глазка, а потому и ринулась к соседской двери — подслушать. Там громко и возбужденно о чем-то говорили.
— Мама, вернись домой, сейчас же! – шипела Юля. – Это не твое дело, стыдно-то как!
Но Эмма Сергеевна уже звонила соседям в дверь.
— Дашенька, — сказала она и шагнула к соседям в квартиру. – Очень хочется вам доложить – Миша все время вашего отсутствия водил эту девицу к себе домой, я все видела. Я хотела его призвать к порядку, но мне дочь не давала. Я бы на вашем месте не устраивала бы скандалы, а выкинула бы эту парочку из дома. Хотите, я вам в этом помогу?
— Какую девицу? – улыбаясь, спросила Даша. – Алену, что ли? Это его девушка, что здесь такого?
— Как это – девушка? И вы об этом так спокойно говорите? Что у вас за семейка? Муж ваш гуляет, а вы это одобряете?
— Какой муж? Миша мой брат. Я временно с сыном у него живу. Скоро он женится, и я уеду.
— Ну вы же оба Горбуновы! Как так получается?
— А вот так и получается! Бывает, знаете ли, что у брата с сестрой фамилии совпадают.
У Юли щеки пылали багрянцем.
— Простите нас, — обратилась она к соседям. – Мама, умоляю, вернись домой и не позорься.
Уже дома она выговаривала матери:
— Ну что же ты меня заставляешь все время краснеть из-за твоего поведения? Понятно же – у Даши, наверное, нет мужа, не вышла замуж и родила ребенка, вот и осталась на своей фамилии. Как же мне часто бывает стыдно из-за тебя!
Даша с Сеней действительно скоро уехали, и по соседству стали жить Миша с Аленой. Супруги были так же немногословны с Эммой Сергеевной и даже с Юлей: ну кто же хочет иметь дело с соседями, которые сплетничают, хоть Юля тут и не причем.