Ведьмин амулет

Мира медленно возвращалась с работы. Она представляла, как дома тетя Нелли снова будет недовольно бубнить весь вечер. Каждый день одно и то же. Старая, мерзкая, вредная до невозможности старуха! Кажется, ее единственная цель — портить Мире жизнь своим назойливым присутствием и вечным недовольством.

Мира жила с тетей, родной сестрой своей матери, с тринадцати лет. После того, как родители погибли в страшном пожаре, тётя, которая была гораздо старше ее матери и больше напоминала бабку, чем тетю, осталась единственным родным для неё человеком на всем белом свете.

С самого начала их совместной жизни Мире казалось, что тетка ненавидит ее, и она ненавидела ее в ответ. Поначалу Мира замкнулась в своем горе, а потом замкнулась в себе. Родной человек оказался родным лишь формально. На самом же деле, не было, пожалуй, более далеких друг другу людей, чем Мира и тетя Нелли.

Взрослая жизнь Миры протекала обыденно и скучно, за исключением пары неожиданных, очень неприятных моментов. Она кое-как закончила университет и устроилась работать в библиотеку.

С личной жизнью у нее не складывалось, она не умела кокетничать и очаровывать мужчин, поэтому на нее никто не обращал внимания. Безусловно, как и большинство женщин, Мира мечтала о том, что в один прекрасный день она встретит своего принца, и тогда жизнь изменится раз и навсегда.

Сегодняшний рабочий день в библиотеке начинался для Миры точно так же, как и все предыдущие дни. Она искала для посетителей книги, научные статьи и журналы, бегала взад и вперед среди библиотечных полок, рылась в картотеке, несколько раз спускалась в подвал, где располагался архив.

Иногда Мира терялась в этих бесконечных и однообразных днях, тогда они начинали давить на нее огромной и унылой тяжестью потерянного времени. Почти каждый вечер у Миры возникало сосущее душу ощущение, что она проживает бесцельную, пустую, никудышную жизнь.

Зачем это все? Куда она движется? Какое ее истинное предназначение, и есть ли оно вообще? Эти вопросы терзали Миру, и она решительно отгоняла их о себя. «Если слишком много думать о жизни, можно сойти с ума,» — так ей однажды сказала работница архива Елена. И Мира, по ее совету, старалась совсем не думать о своей жизни, так было проще.

Главным событием дня сегодня стал для Миры комплимент от незнакомого молодого мужчины. Он искал редкую книгу по истории живописи, и Мире повезло найти ее за пару минут.

Она и сама удивилась такой удаче и уже собралась бежать на обед, оставив свою напарницу одну на ближайшие полчаса, как вдруг мужчина вернулся к ней и сказал:

— Не могу не сказать, что вы просто очаровательны! Я так благодарен вам! Будь я чуть смелее, я без раздумий пригласил бы вас на ужин. Скажем, завтра. Но… Я прекрасно понимаю, что у такой женщины, наверняка есть муж.

Мира опешила, оглянулась по сторонам, желая убедиться, что мужчина обращается именно к ней. Потом одернула свой свитер, прокашлялась и сказала, удивив саму себя:

— Пригласите же! Я не замужем.

Сейчас, по пути домой, где ее ждала компания противной старухи, Мира думала лишь о предстоящем ужине. Улыбка на ее лице то гасла от волнения, то снова появлялась, делая заметными ямочки на щеках. Давно Мира не чувствовала себя такой счастливой.

Мужчину звали Влад, и завтра он должен заехать за ней после работы. От одной только мысли о том, что она проведет вечер в компании мужчины, сердце Миры замирало от волнения.

Мира с детства была синим чулком, серой мышью, белой вороной — так ее чаще всего называли окружающие, разделяя ее жизнь на три цвета, из которых она впоследствии выбрала только серый. Именно он преобладал сейчас в ее гардеробе. Серым было практически все, что она носила.

У Миры не было друзей. Тусовкам и играм в юности она предпочитала книги и глубокомысленные беседы. Но так как тетка с ней разговаривать отказывалась, Мира вела беседы с плюшевым медведем. Несколько раз тетка грозилась определить ее в психушку, ворчала, что она точь-в-точь, как ее мать, но потом, видимо, забывала о своем обещании, и все шло, как прежде.

Она и сама была странной, эта старая, ворчливая женщина. Иногда Мира приходила домой, а тетя Нелли сидела перед своим старым трельяжем: ярко накрашенная, в блестящем платье и меховой накидке, словно весь день провела на званом приеме. Мира тоже на эти выходки закрывала глаза, потому что очень скоро тетка становилась собой — страшной, растрепанной и всем недовольной.

Несколько лет назад Мира решила съехать из ее квартиры, заваленной старыми вещами и не ремонтировавшейся десятилетиями. Она тогда познакомилась с парнем, который уговорил отдать ему все ее сбережения и вдобавок взять огромный кредит в банке, чтобы купить квартиру.

Квартира была найдена, Мира предвкушала близкую свободную жизнь, но в один «прекрасный» день парень исчез вместе со всеми деньгами. Полиция его так и не нашла. И Мира осталась по уши в долгах, которые выплачивала и по сей день.

Вечером следующего дня Мира сидела в своей комнате и смотрела на себя в зеркало. Бледная кожа, тени под глазами и непримечательный пучок на голове. Как ее, серую мышь, можно было заметить и пригласить на свидание? И вообще, что такой потрясающий мужчина, как Влад, делал в библиотеке?

Хотя… Их библиотека была самой крупной в городе, а Мира в глубине души считала себя самой красивой ее сотрудницей. Возможно, именно место работы сыграло ей на руку, выигрышно выделило ее среди остальных.

Так или иначе, думать было некогда. Стрелки часов близились к семи, и Мира быстро припудрилась, накрасила ресницы черной тушью, а губы — алой помадой. Косметику пришлось купить специально для свидания.

Потом она надела узкое черное платье, которое висело в шкафу еще со времен вручения диплома, и, критично осмотрев себя с ног до головы, присела на кровать, застеленную выцветшим покрывалом.

Ровно в семь на ее телефон пришло сообщение: «Карета подана, книжная принцесса. Цвет черный, номер 975».

«Влад!» — Мира встрепенулась и выглянула в окно. Около ее подъезда стояла черная иномарка. У Миры сложилось ощущение, что все это происходит не с ней. Ей показалось, что прямо сейчас она смотрит фильм, который обязательно должен иметь хороший финал.

Мира вышла из комнаты и под фырканья несносной тетки выпорхнула из квартиры.

К ее удивлению, возле машины стоял не Влад, а другой мужчина, одетый в идеально отутюженный черный костюм.

— Мира? — спросил незнакомец, галантно распахнув перед ней двери заднего сиденья, — я ваш водитель. Влад уже ждет вас в своем особняке.

Мира не знала, что ответить. Она готовилась к ужину в кафе, на крайний случай, в ресторане. Но отправиться домой к незнакомому мужчине… К такому она была не готова.

— Садитесь, Мира, — водитель терпеливо ждал, пока она справится с волнением и, наконец, сядет в машину.

Она посмотрела на окна своей квартиры и вдруг увидела тетю Нелли. Бледная и как будто чем-то напуганная, она трясла в окно крепко сжатым кулаком.

«Совсем с ума сошла моя старуха!» — подумала Мира и быстро села в машину.

Автомобиль ехал на бешеной скорости. По крайней мере, так показалось Мире. Она смотрела в окно на сливающиеся в одно сплошное мерцание фонари, рекламные вывески, светящиеся окна квартир, и у нее слегка кружилась голова от скорости и от волнения.

Они быстро выехали за город, света стало гораздо меньше, и сейчас за окнами мелькал лишь темный лес. Мире стало не по себе от вида деревьев, мрачно подступающих к самой дороге, и она закрыла глаза.

Влад встретил Миру на крыльце шикарного двухэтажного особняка, больше похожего на замок. Он был безупречно одет, гладко выбрит, а его широкая, открытая улыбка заставила сердце Миры вновь затрепетать от волнения.

Когда автомобиль ехал через лес, она не на шутку испугалась своего опрометчивого решения, но сейчас, глядя на ярко освещенные окна дома и на его счастливого хозяина, Мира успокоилась.

«Все будет хорошо. Я взрослая женщина, и могу себе позволить смелые поступки,» — мысленно подбодрила себя Мира и вошла в дом под руку с Владом.

Дом был очень красив, повсюду здесь чувствовалось богатство и роскошь, к которым Мира не привыкла. Ее ослепляли мерцающие люстры, свисающие с потолка гостиной, золотые канделябры, в которых горели дрожащими огоньками свечи. Казалось, Мира попала в другой мир, далекий от ее реальности, а потому — немного пугающий ее.

Мира удивилась от того, как легко и спокойно ей было рядом с Владом. Она отпила из бокала, и по ее венам разлилось приятное, расслабляющее тепло. Она сразу же почувствовала себя увереннее и привлекательнее.

Когда Влад отлучился на кухню, Мира, неожиданно для себя самой, распустила волосы. Взглянув на себя в зеркало в старинной золоченой раме, она ахнула от удивления. Из зеркала на нее смотрела привлекательная женщина с горящими глазами, алыми губами и румянцем на щеках. Она ли это?

— Ты прекрасно выглядишь, книжная принцесса! Ужин подан, прошу к столу, — сказал ей на ухо Влад, незаметно подошедший к ней сзади.

Мира вздрогнула от его внезапного комплимента и рассмеялась. Перед тем, как пройти за ним в столовую, она еще раз взглянула на себя в зеркало. Казалось, от «серой мышки» не осталось и следа. Сегодня она была роковой красавицей.

Мира осталась в ту ночь у Влада. Никогда до этого у нее не было таких волшебных ночей, наполненных чувственностью и страстью.

Уже под утро, лежа в огромной постели под алыми шелковыми простынями, Мира вдруг услышала слабый стон, доносившийся откуда-то из глубин дома.

— Что это за звук? — обеспокоенно спросила она, посмотрев на Влада.

— Не обращай внимания, принцесса, собака, наверное, скулит на улице. Недавно ее взял, еще не привыкла к новому дому.

Мира прижалась к мужчине, положила голову ему на плечо. Она не могла представить, каково это — быть хозяйкой в таком большом доме, обладать несметными богатствами и жить в окружении роскоши. Наверное, она была бы счастлива этому. Любая на ее месте была бы счастлива…

Встречи Миры и Влада стали повторяться. Мира была очарована галантным и обеспеченным поклонником, но она никак не могла понять, что с ней происходит. Днем она жила своей обычной жизнью и видела в зеркале свое привычное отражение. Она была милой девушкой, но не более того.

Но стоило ей оказаться рядом с Владом, в его доме, как она тут же становилась другой — смелой, страстной, обворожительной. Как такое возможно? Этот вопрос она как-то задала Владу, на что он ответил, что она просто боится выпустить наружу свою истинную сущность.

— Люди чаще всего скрывают самих себя, прячутся глубоко внутри. Ты, Мира, хочешь казаться одним человеком, или тебя вынуждают казаться им. Но на самом деле ты другая, просто боишься выпустить себя настоящую. Здесь, со мной, ты позволяешь себе быть собой, вот и весь секрет.

Влад подвел Миру к зеркалу, зажег свечу. Она смутилась своей наготы, но он опустил ее руки и сказал:

— Посмотри на свои волосы, они густые и мягкие, твоя грудь высокая и полная, твое лицо гармонично и прекрасно, а глаза сверкают, как звезды в ясную ночь. Ты была такая и до меня, но почему-то ты раньше не видела этого.

Мира и вправду ничего подобного в себе не замечала до того, как Влад не появился в ее жизни. Иногда только другой человек может помочь открыть глаза и посмотреть на себя с новой стороны.

Между тем, дома ситуация оставалась напряженной. Тетя Нелли словно взбесилась. Каждый раз, когда Мира шла на свидание с Владом, она закатывала истерику, хватала племянницу за руки и за волосы и кричала ей:

— Ты не знаешь, что творишь! Ты дура, Мирка, дура! Прекрати немедленно эти встречи! Они ни к чему хорошему тебя не приведут.

Поначалу Мира как могла сглаживала эти конфликты, давала старухе успокоительное, объясняла ей, что все в порядке, Влад приличный мужчина: богатый и состоятельный, что он не обидит ее.

Но тетя не слушала ее. Раз за разом повторялось одно и то же — крики, ругань и даже драки.

— Убери от меня руки, старая ведьма! — как-то закричала Мира в ответ на истеричные вопли тети, — как только я нашла своего принца, ты как с цепи сорвалась!

Старуха внезапно замолчала, убрала свои скрюченные артиртом пальцы от пальто Миры и опустила голову.

— Может быть я и старая ведьма, но женишок твой еще похуже меня будет… Попомни мои слова, Мирка.

— Да с чего ты взяла это, тетя? — устало спросила Мира, — не можешь простить мне моей ошибки с бывшим парнем? Тогда я дурой была, поверила обманщику.

— Ты сейчас еще больше дура, только еще не понимаешь этого, — тетя сплюнула на пол и поковыляла в свою комнату, откуда доносился звук вечерних новостей.

С каждым днем Мира влюблялась все больше и больше: и во Влада, и в саму себя. Только рядом с ним она чувствовала себя спокойно и уверенно, только с ним могла проявить свою истинную сущность. Утром и днем она с нетерпением ждала вечера. Все ее мысли были только о том, что вечером она отправится с Владом в его особняк, и там почувствует истинную жизнь.

Она почти не ночевала дома, но, к ее удивлению, тетя больше не устраивала ей скандалов, она вообще больше не говорила с ней, словно Миры не существовало. Мира думала, что так даже лучше.

Несмотря на роскошь и блеск, Мира с трудом привыкала к особняку с его мрачной атмосферой, молчаливыми помощниками и множеством пустующих комнат. Но она понимала, что здесь ей будет лучше, чем в маленькой, затхлой комнатушке, пропахшей теткиным нафталином.

Как-то ночью Мире не спалось. Она спустилась из спальни на первый этаж и принялась рассматривать картины в холле. Золоченые светильники, развешенные по стенам, проливали мягкий свет на женские портреты. Интересно, кто все эти женщины? Они были красивы, но взгляд каждой выражал какую-то необъяснимую грусть, которую передал художник.

В какой-то момент Мира остановилась, замерла на месте. Тишина спящего дома вдруг показалась ей напряженной и угнетающей. За окнами осенний ветер раскачивал деревья, отчего их ветви казались живыми, протягивающими к окнам огромные черные щупальца. Темнота, заполняющая углы, подступала к ногам Миры, и от этого ей становилось жутко и неуютно.

Развернувшись, Мира быстро пошла к лестнице, ей хотелось побыстрее вернуться в спальню, прижаться к теплой груди Влада и почувствовать себя в безопасности. Она преодолела уже несколько ступеней, как вдруг снова услышала эти странные звуки — как будто кто-то стонал в глубинах огромного дома. Стоны были настолько вымученные, что у Миры сердце сжалось от тоски и страха.

Собака? Нет, не похоже. Собаки Влада жили на территории сада, в доме они не появлялись. Звуки же были такими, как будто принадлежали… человеку!

Мира аккуратно ступала босыми ногами по мягкому ковру, пытаясь определить, откуда доносятся стоны. Чем дальше она продвигалась по темному коридору в глубь дома, тем отчетливее их слышала. В конце коридора Мира обнаружила массивную дверь, обитую кожей. Дверь была закрыта на замок. Прислушавшись, она поняла, что внутри кто-то есть, и этот кто-то — женщина. Сквозь плотно закрытую дверь Мира отчетливо слышала ее стоны и тихий шепот:

— Помогите… Помогите мне…

Сердце Миры готово было выпрыгнуть из груди, липкий страх заполнил ее нутро.

— Эй! — крикнула она и стала колотить ладонями по мягкой обивке двери, — Кто там?

И тут внезапно кто-то схватил ее в темноте за плечи. Мира вздрогнула, закричала, но сильная ладонь зажала ей рот, и рядом с ее ухом раздался шепот:

— Тише!

Сильные руки резко развернули ее, и Мира увидела перед собой Влада. В темноте его глаза сверкнули недобрым огнем. Он по-прежнему крепко сжимал ее плечи.

фото взято из интернета

— Мне больно, Влад, отпусти! — шептала Мира, чувствуя, что ноги ее подкашиваются от страха.

От волнения по щекам потекли слезы, она дрожала, не понимая, что происходит, и какие страшные тайны скрывает запертая на замок дверь.

Влад крепко обхватил ее запястье и повел обратно на второй этаж. Захлопнув за собой дверь спальни, Влад закричал на Миру:

— Что ты там делала?

Мира всхлипывала и не могла произнести ни слова. В голове ее одна за другой сменяли друг друга жуткие мысли. Может быть, он маньяк? Или убийца? Он мучает женщин в той комнате? Оставляет их там умирать мучительной смертью?

— Ты солгал мне! Там вовсе не собака, Влад! Кто та женщина? И почему она заперта в комнате? Что с ней? — спросила Мира, отходя от Влада дальше и дальше, пока не уперлась спиной в стену.

Влад повернулся к ней, лицо его было бледным и строгим.

— Ты не должна была ходить туда, Мира. А я не должен перед тобой оправдываться. Это мой дом, и ты тут гостья, а не хозяйка. Почему ты говоришь со мной в таком тоне?

— Прости меня… — Мира вытерла ладонями мокрое от слез лицо, заправила растрепанные волосы за уши, — Но все это очень странно. Я… Я хочу уехать отсюда. Прямо сейчас.

Влад подошел к Мире, взял ее за руку и усадил рядом с собой на кровать.

— Не бойся меня, принцесса. Я понимаю твой испуг и не причиню тебе вреда. Та женщина… Это всего лишь моя сестра, — голос Влада стал глухим и напряженным, — она больна… С самого детства такая. После смерти родителей, я забрал ее к себе, потому что мне жаль ее, я не хочу, чтобы она находилась в больнице, где никому из персонала не будет до нее дела, и где все будут относиться к ней, как к овощу… Она почти ничего не понимает, и иногда бывает буйной и опасной для окружающих, поэтому ее комнату всегда приходится держать на замке. Прости, Мира, наверное, нужно было сразу тебя предупредить об этом…

Влад закрыл лицо ладонями, и Мира облегченно вздохнула и обняла его, чувствуя, как вздрагивают под ее ладонями сильные мужские плечи.

— Это ты прости меня! Я вообразила себе невесть что, а ты, оказывается, в тысячу раз лучше, чем я себе представляла, — Мира прильнула к Владу и нежно поцеловала его, — Ты добрый, заботливый.

— Я люблю тебя, Мира. Ты удивительная женщина. Я никогда не встречал такой, как ты. Я мечтаю о том, чтобы ты была рядом со мной всегда.

Сердце Миры на миг замерло от приятного тепла, которое разлилось внутри. Она ведь даже не смела мечтать о таком мужчине, как Влад… А сейчас он сидит напротив нее, держит ее ладони в своих руках и говорит, что любит. Красивый, высокий, стройный, успешный и богатый. Как ей удалось заполучить такого мужчину?

— Я тоже тебя люблю, — прошептала Мира, едва сдерживая слезы счастья.

Уже через полчаса Мира, спокойная и умиротворенная, крепко спала на плече у возлюбленного. А он не спал — смотрел на нее задумчиво и грустно и гладил кончиками пальцев ее лицо.

Спустя пару недель Мира переехала в особняк Влада. Тетя Нелли с хмурым видом смотрела, как она складывает свою одежду в старый чемодан. Влад сказал не брать с собой много вещей, так как хотел купить ей все новое.

— У тебя начнется новая жизнь, книжная принцесса. Я хочу, чтобы ты забыла обо всем, что было с тобой раньше, — так он сказал ей.

Он очень хотел зайти к ней, познакомиться с тетей, но Мире было стыдно за их убогую квартиру, да и тетка в последнее время была явно не в себе, поэтому Мира попросила Влада подождать в машине.

Когда Мира застегивала чемодан, тетя Нелли встала на пороге ее комнаты и затрясла перед ее лицом своим крючковатым пальцем.

— Если уйдешь, Мирка, даже думать забудь обо мне. Ноги твоей здесь больше не будет, неблагодарная!

Мира думала, что она больше не вернётся в старую и убогую теткину квартиру. Она была уверена во Владе и в его чувствах к ней. Мужчина заботился о ней, дарил ей дорогие подарки и готов был мчаться к ней по первому зову. Влад любил ее, в этом у Миры не было сомнений.

Поэтому, показав старухе язык, Мира выбежала из квартиры с чемоданом, громко хлопнув напоследок дверью.

Разбирая вещи в своей шикарной спальне, Мира с удивлением обнаружила на дне чемодана вещь, которую она точно не брала с собой. Это был старинный амулет — деревянный круг с блестящим черным камнем по центру. Амулет был подвешен на старый, вытертый шнурок. Кто-то долгое время носил его на шее. Вот только кто?

Мира держала амулет в руках и чувствовала, что это не просто украшение, это особая, магическая вещь. Внезапно ей стало страшно.

«Вдруг, это тетка положила его? Прокляла, а потом положила со мной свое проклятие?» — подумала Мира.

Она подошла к окну и хотела выбросить амулет, но почему-то не смогла этого сделать, слишком красив был черный камень, переливающийся на солнце разными цветами. Она положила его обратно в чемодан, а чемодан отнесла в кладовку.

После своего переезда Мира уволилась из библиотеки. Влад был против того, чтобы она работала. Незамужние коллеги смотрели на нее с завистью, когда она, в новой красивой одежде, пришла попрощаться с ними.

— Счастливая ты, Мира!

— Сама порой не верю своему счастью, девочки! Желаю и вам скорее найти своих идеальных спутников, — жизнерадостно ответила Мира и смущенно улыбнулась.

Ей было искренне жаль этих неудачниц. Так она думала о подругах с недавнего времени.

Мира долго привыкала к тому, что в доме Влада ей ничего не нужно было делать. Еду готовил повар, прибиралась уборщица, в саду работал садовник. У Миры был даже собственный водитель, который возил ее по магазинам и салонам красоты. Помощники были неразговорчивы, и, как не пыталась Мира разговорить их, у нее ничего не получилось.

Сначала ей было стыдно тратить деньги Влада на свои нужды, но потом она осмелела, накупила себе целый ворох новой одежды, самую дорогую косметику и шикарное нижнее белье. О последнем она мечтала много лет, но не могла себе позволить.

Мира чувствовала себя золушкой, неожиданно превратившейся в принцессу. Ее жизнь теперь казалась настоящей сказкой.

Мира жила в особняке уже третий месяц, когда Влад как-то утром сказал ей:

— Мне нужно уехать на пару дней по делам. Надеюсь, ты не будешь скучать без меня. Я привезу тебе какой-нибудь подарок.

Мира слегка загрустила от этой новости. Ей и так было одиноко в пустом доме, когда Влад отсутствовал. А тут еще предстояло скоротать несколько ночей без него…

— У меня к тебе лишь одна просьба, книжная принцесса. Ни в коем случае не ходи в правое крыло первого этажа.

Мира напряглась. Именно там, в правом крыле, находилась дверь с массивным замком, за которой жила сестра Влада. Но зачем он говорит ей об этом, ведь она и так туда не ходит?

— Что бы ни случилось, какие бы крики не доносилось оттуда — не ходи туда. За сестрой ухаживает специально нанятый человек, поэтому не переживай за нее.

 

Влад подошел к Мире вплотную и взял ее за подбородок. Движение его было настолько неожиданным и резким, что Мира вздрогнула.

— Поняла меня? — Мире показалось, что в его взгляде мелькнула угроза, и, заметив ее испуг, мужчина ослабил хватку, — это для твоего же блага, любимая. Она и вправду опасна. Я беспокоюсь за тебя.

— Хорошо, я поняла. Даже и не собиралась туда идти, — ответила Мира, пытаясь придать своему голосу самый беззаботный тон.

— Умница, — сказал Влад и поцеловал Миру долгим и нежным поцелуем.

Мира не боялась Влада, наоборот, для нее он был самым надежным мужчиной. Но иногда в его взгляде она ловила злые искорки. Как сейчас, когда он запретил ей ходить в правое крыло дома.

Мира не собиралась нарушать запрет и в первый вечер, оставшись в полном одиночестве, закрылась в своей комнате, сходила в душ и включила на ноутбуке романтичную комедию. Около одиннадцати часов вечера Мире позвонил Влад и, пожелав любимому спокойной ночи, она забралась под одеяло.

Проснувшись среди ночи, Мира не сразу поняла, что ее разбудило. Но потом она услышала странный шум, доносившийся откуда-то снизу. У Миры бешено забилось сердце. Она встала, взяла телефон и на цыпочках подошла к двери. Несколько минут она стояла на месте и прислушивалась. Все было тихо. Может быть, ей просто почудилось спросонья?

Мира собралась идти обратно в постель, как внезапно внизу снова раздался сильный грохот. Мира подпрыгнула на месте и прижала руки к груди.

Вернувшись в кровать, Мира залезла под одеяло, в надежде спрятаться там от всего мира и от того, что ее пугает. Но она понимала, что сейчас ей все равно не уснуть, пока она не выяснит, что происходит внизу.

Мира снова встала, открыла дверь и бесшумно выскользнула из своей комнаты. Ей казалось, что сердце в груди стучит отчаянно громко, она попробовала дышать глубже, чтобы немного успокоиться, но это мало помогло.

Ей было очень страшно. Место, которое она сейчас называла своим домом, было полно загадок и тайн, и от этого в душе ее уже давно поселился мерзкий холодок, который она всячески старалась изгнать, заглушить другими эмоциями.

Мира спустилась со второго этажа вниз по лестнице. Мягко и бесшумно ступая босыми ногами по паркету, она без раздумий повернула на первом этаже в правое крыло. Мира понимала, что, если она хоть на секунду задумается о том, что делает, то здравый смысл перевесит, и она не сможет ослушаться Влада.

Шум доносился из комнаты, запертой на тяжёлый, массивный замок. Мира на ватных от волнения и страха ногах подбиралась к заветной двери.

«Мне просто нужно увидеть ее своими глазами. Тогда я успокоюсь и приму, как неизбежное, существование этой комнаты и ее обитательницы в нашем доме», — так думала Мира, пробираясь на ощупь по темному коридору.

Добравшись до запертой двери, она остановилась и прислушалась. Потом подошла и прислонила ухо к мягкой обивке. Ничего не услышав, Мира постучала костяшками пальцев по дверному косяку.

— Помогите… Выпустите меня… — голос звучал так близко, как будто не было двери и стен между ней и пленницей. Мира вздрогнула от страха и отскочила в темноту коридора.

— С тобой все в порядке?… Я слышала шум, — Мира сама удивилась, что решилась заговорить с девушкой.

— Кто ты? — вопросом на вопрос, отозвалась та.

Мира на секунду замялась, обдумывая, стоит ей называть себя или нет. А потом ответила, как есть:

— Я невеста твоего брата.

— Невеста… — горько усмехнулась затворница, — бежать тебе надо отсюда, невеста… Но сначала помоги мне открыть эту чертову дверь!

У Миры кошки заскребли на душе. Влад говорил ей, что сестра настолько не в себе, что не умеет связно говорить. Оказывается, это было совсем не так. Что-то тут не сходилось.

— А ты сама кто такая? — строго спросила Мира.

— А я тоже невеста, — ответила девушка за дверью, голос ее при этом звучал уверенно и даже дерзко, — правда, бывшая.

Мира округлила глаза и уставилась на дверь, девушка молчала, видимо, ждала ответной реакции.

— Это ложь…

Мира отступила от двери еще на несколько шагов. И тут в ее руке завибрировал телефон. Влад!

Она кинулась бегом по коридору, поднялась на второй этаж и забежав в свою комнату, захлопнула дверь. Запыхавшись, она с минуту приводила дыхание в порядок, а потом перезвонила Владу, изобразив максимально сонный голос.

— Почему ты сразу не взяла трубку? — строго спросил Влад.

— Спала, — ответила Мира, — ты так поздно звонишь…

Влад как будто на расстоянии чувствовал, что Мира говорит неправду. Он помолчал, потом добавил так же строго:

— Хотел сказать тебе, что встречи по работе отменились, и я уже еду домой.

— Это здорово! Жду с нетерпением! — искренне воскликнула Мира и положила трубку.

— Влад, познакомь меня с ней, — как-то за завтраком попросила Мира.

Влад намазал тост маслом и спросил:

— С кем ты хочешь познакомиться, принцесса?

— С твоей сестрой, — Мира видела, как лицо Влада напряглось, а взгляд стал холодным и жестким, — просто я все время дома, и мне сложно избавиться от мысли, что тут присутствует ещё кто-то, кроме нас. Ты ходишь к ней каждый день. А мне порой бывает очень страшно от этой неизвестности.

Влад помолчал, а потом резко встал из-за стола и подал руку Мире, приглашая следовать за собой.

Он за руку провел ее из столовой в правое крыло дома. Подойдя к комнате с массивным замком, он на секунду замер, а потом достал из кармана пиджака ключ и открыл замок.

Мира почувствовала странный запах. Пахло затхлостью, старостью и болезнью, как будто здесь жила не молодая женщина, а дряхлая старуха.

Влад вошел в комнату, и Мира осторожно проследовала за ним. Сегодня тут царила полная тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием больной. Она лежала на кровати и лицо ее ничего не выражало. Из уголков губ к подушке тянулись прозрачные нити слюны. Глаза ее были открыты, но в них застыло безразличное и безвольное выражение. Волосы грязными, растрепанными прядями лежали на плоской подушке.

Кроме кровати и небольшого стола в комнате больше ничего не было. Стены были покрашены в уныло-зелёный цвет, а вид из окна скрывала плотная решетка.

«Не комната а тюремная камера,» — содрогнувшись, подумала Мира и подошла ближе к неподвижно лежащей женщине.

Она совсем не была похожа на Влада: светловолосая, голубоглазая. По словам Влада, она была еще молода, но вид у нее был такой, словно из нее высосали все жизненные силы. Кожа на лице обвисла безобразными складками, глаза были мутными и безжизненными.

— Ну вот, смотри. Познакомиться вам вряд ли удастся, — тихо сказал Влад, подходя к девушке и поправляя подушку под ее головой.

— Что с ней? — тихо спросила Мира.

— Она умирает, Мира. Мы все когда-то умрем, но ей выпала доля умирать от своего недуга долго и мучительно, увы.

Мира посмотрела на Влада. Лицо его было бесстрастным. Она удивилась, как ему так легко удается сохранить спокойствие, ведь его единственный родной человек при смерти.

— Как ее зовут? — спросила Мира.

— Ее зовут Ирина, — Влад убрал со лба девушки прядь волос, потом взял со стола салфетку и аккуратно, даже ласково, вытер лицо девушки.

Мира стояла, не шевелясь. Она хотела подойти ближе к постели больной, но не могла себя заставить. Тяжелый, кислый смрад, исходящий от нее, отталкивал Миру и вызывал рвотные позывы. Ей хотелось поскорее уйти из этой комнаты.

— Теперь, когда ты все увидела своими глазами, вопросов больше быть не должно. Но я по-прежнему прошу тебя не ходить в эту часть дома. Иногда препараты не работают, и она становится буйной и опасной.

Влад вывел Миру из комнаты, запер дверь и положил ключ в карман пиджака.

Мира вроде бы успокоилась, но на протяжении нескольких дней ее не покидало тяжелое чувство. Ей казалось, что Влад что-то скрывает от нее. Вот только что именно?

В один из дней уборщица пришла забрать в прачечную грязную одежду, и Мира, проверяя карманы, обнаружила в кармане пиджака Влада ключ. Она зажала ключ в ладони и незаметно убрала его в свою сумочку.

С недавних пор Мира лишилась связи с внешним миром. Сотовая связь в доме по каким-то причинам пропала, Влад говорил, что виной всему снегопад, и в ближайшее время он решит эту проблему, вызовет специалистов, чтобы они починили вышку. Но исполнение этого обещания он постоянно откладывал, ссылаясь на большую загруженность.

Мира могла звонить только с телефона, который был установлен в гостиной, это было не очень удобно для нее, привыкшей к сотовой связи и интернету.

В один из дней Мира решила съездить в город. Ей хотелось прогуляться, зайти в библиотеку к своим подругам, пройтись по магазинам и просто сменить обстановку. Мрачный особняк постепенно начинал ее угнетать, роскошная обстановка ее больше не прельщала, ей было тут неуютно и одиноко. Только по вечерам, когда приезжал Влад, она чувствовала себя счастливой.

Одевшись, Мира вышла из дома и подошла к водителю с просьбой отвезти ее в город.

— Извините, Мира, но вам нельзя выезжать с территории дома, — вежливо ответил мужчина.

— Это еще почему? — удивилась она.

— Не могу знать, это распоряжение Влада.

Мира развернулась, намереваясь сейчас же позвонить Владу.

— Давно ли вам вам дано такое распоряжение? — обернулась она к водителю.

— Сегодня утром.

Мира вернулась в дом и набрала номер Влада. Душу ее заполнило тяжелое предчувствие. Почему он запретил ей покидать дом? Что это: тотальный контроль над ее жизнью?

Сначала телефон, теперь это. Что будет дальше? Запрет ее в своей комнате, как свою сестру?

Влад взял трубку не сразу. Голос его звучал напряженно.

— Милый, я хотела поехать в город, но водитель отказывается везти меня. Говорит, это ты так распорядился, — проворковала Мира в трубку.

— Да, моя принцесса. Я хочу, чтобы ты находилась дома в мое отсутствие. Хочу быть спокоен и знать, что с тобой ничего не случится.

— Но Влад, у меня есть свои дела, интересы и потребности, свои друзья, в конце-концов! — Мира округлила глаза от удивления, — Я не готова круглосуточно сидеть в твоем доме, как птичка в клетке. Да и что такого страшного со мной может случиться?

— Мира, милая моя, прости за неудобство, но это мое новое условие. Я хочу, чтобы моя женщина находилась дома, пока я занят делами. Если тебя это не устраивает, можешь собрать вещи и уехать. Но учти, обратной дороги не будет, я буду расценивать это, как предательство.

Мира молчала. Такого поворота в их отношениях она не ожидала. Она с тоской осмотрела дом, возвышающийся над ней огромной серой громадой.

— Даю тебе время подумать над этим до вечера, милая. А сейчас мне некогда, прости. Люблю тебя!

Мира поднялась в спальню, взяла из шкафа свой старый чемодан и начала собирать вещи. Потом вспомнила слова тетки, сказанные на прощание, вспомнила о том, что ее место в библиотеке уже занято новой сотрудницей, а еще вспомнила о сумме своего долга перед банком…

Когда вечером Влад вернулся с работы, она подала ему бокал вина и нежно поцеловала его, ни слова не сказав о том, что днем собиралась уйти навсегда из его дома.

Как-то днем, мучаясь бездельем, Мира спустилась в кладовую и достала из чемодана амулет с блестящим черным камнем. В библиотеке, которая занимала в доме огромную комнату, она нашла старинную книгу, где описывались свойства различных камней. Мире стало интересно, и она решила найти описание черного камня. Оказалось, что это не простой камень, а черный морион, обладающий сильными магическими свойствами.

«Надо будет показать Владу эту занятную вещицу,» — подумала Мира и взяла амулет с собой.

Вечером, когда они отправились с Владом в спальню, она взяла амулет с прикроватной тумбочки и вдруг услышала за спиной сдавленный стон. Обернувшись, Мира увидела, что Влад лежит на полу, прижав руки к груди. От страха Мира выронила камень из рук и подбежала к Владу.

— Милый, что с тобой? Что случилось?

Влад по-прежнему стонал от боли. Мира подбежала к столу и налила воды. Поднеся стакан к губам мужчины, она дала ему отпить несколько глотков. После этого бледное лицо Влада слегка порозовело, и Мира облегченно вздохнула.

— Что с тобой, милый? Ты так напугал меня!

Влад озадаченно смотрел по сторонам, потом встал с пола и выглянул в окно.

— Дома точно нет никого чужого? — спросил он Миру.

— Нет, что ты, любимый. Все помощники уже ушли, дома только мы… и Ирина.

Влад набрал полные легкие воздуха и судорожно выдохнул, а потом вышел из комнаты.

Мира видела в окно, как он ходит по саду и смотрит по сторонам, как будто чувствует чье-то присутствие. Мира подняла с пола амулет и убрала его в тумбочку. Она покажет его Владу в другой, более подходящий раз.

Перед сном Влад сказал Мире, что с ним уже все в порядке, поводов для беспокойства нет.

— Береги себя, любимый. Нужно обязательно обратиться к врачу. Я очень сильно испугалась за тебя сегодня.

Влад не ответил, лишь прижал ее к себе покрепче.

Через несколько дней, когда Влад уехал, Мира, не зная, чем заняться, долго бродила по дому. А потом, убедившись, что никто из персонала ее не видит, проскользнула в правое крыло дома. Полумрак коридора, куда не проникал дневной свет, будил неспокойные и волнительные чувства в душе Миры, а царившая здесь тишина казалась ей мрачной и зловещей.

Несмотря на свой страх, Мира подошла к запертой двери и открыла ключом массивный замок, после чего быстро вошла внутрь, прикрыв за собой дверь.

Девушка лежала в точно такой же позе, в которой Мира видела ее в прошлый раз. Подойдя чуть ближе, Мира окликнула ее, но та никак не отреагировала на звук ее голоса.

Тогда Мира, преодолев свое отвращение, присела на край кровати и взяла тонкую, холодную руку девушки, сжала ее в ладонях. Рука была безвольной и казалась безжизненной. У Миры на глаза навернулись слезы жалости. Сердце ее сжималось от тоски при виде этого измученного непонятным душевным недугом существа.

Мира стала приходить к ней каждый день. Молча сидела возле девушки или говорила с ней. Ей казалось, что это искреннее участие хоть как-то скрасит ее бесцветное существование.

Но однажды Мира зашла в комнату и вздрогнула от неожиданности: Ирина стояла посреди комнаты. Зрелище наводило смертельный ужас: белая сорочка была такой длинной, что стелилась по полу, а волосы грязными лохмами свисали на плечи. Ирина смотрела на Миру в упор и шептала одними губами:

— Помоги… Помоги мне… Выпусти меня отсюда…

Мира выскочила из комнаты и услышала, как одним прыжком больная преодолела расстояние до закрытой двери и стала барабанить по ней руками. Но быстро затихла, осела на пол возле двери.

— Успокойся, Ирина, это всего лишь я… Я невеста Влада, помнишь меня? Я приходила к тебе вчера и позавчера, — прислонившись к мягкой обивке двери, сказала Мира.

За дверью несколько секунд было тихо, а потом девушка прошептала:

— Скоро ты займешь мое место, невеста…

— О чем ты? — спросила Мира, повернувшись лицом к двери и прижав к ней пылающий лоб. Неприятный холодок пробежал по спине.

Наступившая тишина давила со всех сторон, окружала Миру невидимым кольцом. Ей вдруг стало невыносимо страшно в этом темном, пустом коридоре. Зачем она приходит сюда? Зачем нарушает запрет Влада? Что за неведомые силы заставляют ее вновь и вновь возвращаться к этой двери с огромным замком?

— Выпусти меня, невеста… Давай вместе уйдем отсюда. Только так можно спастись…

Казалось, шепот доносился не из-за двери, он звучал со всех сторон, будто сами стены шептали Мире. Она зажала руками уши и побежала. Ей срочно нужен свежий воздух, иначе она задохнется в густой и тяжелой духоте этого дома.

Мира быстро сбежала вниз по лестнице и на секунду замерла в холле напротив галереи женских портретов. Влад рассказал ей, что всех этих женщин он когда-то давно, еще в юности, рисовал сам, и что все они — всего лишь плод его фантазий.

Но сейчас Мира пристально всматривалась в портрет светловолосой девушки, и была уверена, что с полотна грустным взглядом на нее смотрит девушка, запертая в комнате правого крыла.

Она сняла портрет со стены и перевернула его. На обратной стороне портрета была сделана подпись «Ирина» и стояла дата, до наступления которой оставалось всего три дня…

Весь следующий день Мира не находила себе места от беспокойства. В этом огромном, полном тайн и загадок, доме творилось что-то странное, неправильное, нехорошее. Но что именно — Мире это было неведомо. Наконец, она поняла, что только один человек может рассказать ей правду. Она достала припрятанный ключ и снова отправилась в правое крыло дома.

Девушка неподвижно лежала в кровати. Мира прикрыла дверь и подошла к кровати.

— Ирина, — позвала она.

Но девушка не откликнулась. Глаза ее сегодня были закрыты, лицо было мертвенно-бледным. Сердце у Миры подпрыгнуло в груди от страшной догадки. Она приложила палец к ее тонкой шее — пульс еле-еле прощупывался, но она была жива.

— Ирина, очнись, Ирина, — снова позвала Мира, — я хочу, чтобы ты рассказала мне все…

Веки девушки едва заметно дрогнули, но Мира уловила это движение и взяла холодную ладонь в свои руки.

— Ирина, расскажи мне, кто ты, и что с тобой сделал Влад.

Девушка медленно открыла глаза. Казалось, она делает это из последних сил.

— Помоги мне… — прохрипела девушка.

— Я постараюсь, — сказала Мира и заметила, как губы девушки задрожали, а на глазах выступили слезы, — расскажи мне, кто ты, и что с тобой произошло.

Девушка устало закрыла глаза и долго молчала. А потом быстро зашептала:

— Я, как и ты, была его невестой. Любила его всем сердцем, доверяла полностью. Думала, что нашла идеальное счастье. А потом оказалась здесь…

— Почему он тебя здесь запер? — спросила побледневшая Мира.

— Потому что ему не нужны никакие невесты. Ему нужны лишь наши жизни.

Мира смотрела на Ирину и не понимала, бредит она сейчас или говорит правду.

— Какие жизни, о чем ты? — Мира встала с кровати и стала ходить из угла в угол, — видимо, ты и вправду не в себе! Я, пожалуй, пойду…

Но тут девушка подняла руку и, схватив Миру за запястье, с диким взглядом произнесла:

— Он пьет мои силы, высасывает из меня мою жизнь — капля за каплей. А попала я сюда вслед за такой же несчастной… — Ирина помолчала, бессильно опустила голову на подушку, закрыла глаза, — И ты очень скоро займешь мое место… Потому что я чувствую, что меня почти не осталось. Только внешняя оболочка, все внутри он уже высосал… Нет больше сил…

Мира зажмурилась, прижала ладони к пульсирующим вискам. Щеки ее пылали, голова гудела, сердце выпрыгивало из груди.

— Уходи отсюда, пока можешь, — хрипела Ирина, — Уходи, убегай — далеко, чтобы он не нашел тебя… Иначе тебя ждет та же участь. Он не человек.Не человек…

Мира не хотела верить ее словам. Она подошла к двери, но Ирина снова окликнула ее:

— Если не веришь, загляни в его сейф. Код 389, — после этих слов девушка закрыла глаза и больше не шевелилась.

Мира уже несколько часов неподвижно сидела в библиотеке перед старинным сейфом. Она знала код, но ей было очень страшно открывать замок. Она до последнего надеялась, что Ирина больна, что она, действительно, сестра Влада, и все ее слова — это плод больной фантазии.

Часы на стене пробили шесть раз. Через час приедет Влад. Нужно торопиться, если она хочет узнать правду. Она дрожащими пальцами набрала код, и замок звонко щелкнул, дверца сейфа неторопливо распахнулась.

Взгляд Миры сразу же упал на старинный альбом с фотографиями. Мира взяла его в руки и начала листать страницы. Все они были заполнены фотографиями разных лет, и на каждом снимке была молодая девушка.

Но помимо фотографий тут были и заметки, написанные от руки красивым, ровным почерком. Это был почерк Влада, Мира помнила его еще с тех времен, когда он расписывался в читательском билете, который она выдала ему на их первой встрече.

Мира перелистывала страницы и судорожно читала имена и описания девушек:

«Марина. Нищенка, подобрал ее на улице, отмыл, одел. Хорошо поет.»

«Нелли. Куртизанка. Сама напросилась ехать со мной. Глупа, как курица.»

«Нина. Красивая, одинокая вдова, родни нет. Долго ухаживал за ней, прежде чем она доверилась мне.»

«Ариадна. Сбежала из тюрьмы, помог ей скрыться от преследований.»

«Клара. Санитарка в больнице. Мечтала уйти от пьющего мужа. Ушла.»

Мира листала фотографии. Сотни женских изображений, сотни историй, сотни молодых, загубленных жизней…

Он выбирал тех, у кого не было родственников, выискивал девушек, попавших в трудные жизненные ситуации, пользовался слабостью и беспомощностью своих жертв.

 

— Чудовище… — прошептала Мира, — а, главное, как умело он умеет притворяться!

Руки у нее тряслись, из глаз текли слезы. Никогда прежде ей не было так страшно, как сейчас. Она только что осознала, какой опрометчивый поступок совершила, какой дурой была, что так легко доверилась почти незнакомому мужчине… Если бы только у нее была возможность повернуть время вспять!

В конце альбома Мира увидела фотографию Ирины:

«Ирина. Душевнобольная, забрал из лечебницы под видом опекуна. Есть в ней что-то ведьминское. Быстро меня раскусила!»

Последним было фото самой Миры. Она прочитала под ним следующее:

«Мира. Закомплексованная простушка. Несчастная, одинокая библиотекарша. Бежит от старой, деспотичной тетки, от долгов и от самой себя.»

Миру словно окатило ледяной водой. Вот, значит, какой он видит ее на самом деле.

Внезапно она услышала, что к дому подъехала машина. Влад! — промелькнуло вспышкой молнии в голове. Она быстро убрала альбом в сейф и захлопнула дверцу. Потом взяла с полки первую попавшуюся книгу, села в мягкое кожаное кресло и сделала вид, что читает.

Влад вошел в дом и окликнул ее. Казалось, в его голосе звучало столько любви, заботы и нежности, что Мире внезапно и остро захотелось забыть все события сегодняшнего дня и кинуться в объятия этого красавца-мужчины. Хотелось, чтобы он гладил ее по голове, говорил ей, какая она красивая, единственная в мире, как он любит ее и дорожит ею. А потом они бы любили друг друга всю ночь напролет…

Но слова из тетради звучали у Миры в голове, как навязчивое и мерзкое жужжание мухи: «несчастная библиотекарша», «закомплексованная простушка».

Она вышла в гостиную навстречу Владу с натянутой улыбкой. Весь вечер она на автомате поддерживала беседу, на автомате отвечала на его вопросы. Сама же обдумывала план побега.

Ночью Мира лежала в постели без сна и смотрела на обнаженные плечи Влада. Время от времени ее била крупная дрожь, ей было неспокойно и очень страшно. Она не могла понять, как могла так жестоко обмануться в этом мужчине. Она не знала, что этот ненормальный деспот делал с бедными девушками, которые ему доверились так же, как она. И не хотела этого знать.

Но она твердо решила прервать эту бесконечную цепочку смертей. Она убежит отсюда. Обязательно убежит. Мира не знала, откуда взялась в ней эта решимость, но она твердо знала, что сумеет преодолеть свой страх ради того, чтобы выжить…

Всю ночь Мира не могла сомкнуть глаз. Утром она с трудом дождалась того момента, когда Влад уедет из особняка. Потом она сложила в чемодан вещи, с которыми сюда пришла, решив не брать ничего из того, что купил ей Влад. Ей ничего не нужно от него. Ей нужна лишь собственная жизнь, какой бы убогой она не была. Только ее она хотела сохранить, и ничего больше.

Напоследок Мира зашла к Ирине. Села на кровать, вытерла слезы, навернувшиеся на глаза, и взяла безжизненную руку девушки.

— Прости меня. Прости. Прости… — слезы снова потекли по щекам Миры, — дождись меня. Я приведу кого-нибудь на помощь… Я вытащу тебя отсюда, обещаю!

Спустившись вниз, Мира убедилась, что дом пуст, и что ее никто не видит. Накинув пальто, она быстро вышла из дома. На улице мягкими хлопьями падал снег, и Мира плотнее закуталась в шарф.

Обогнув дом, девушка прошла через сад к калитке на заднем дворе. Она давно заметила эту калитку во время своих прогулок, но никогда не думала, что когда-нибудь она ей понадобится для побега.

Подергав калитку, Мира поняла, что та заперта. Тогда она перебросила чемодан через забор, а потом, с большим трудом, сама перелезла через него. Сердце ее бешено колотилось в груди, но она понимала, что все делает правильно.

Добежав до леса, Мира поняла, что кто-то бежит следом за ней. Обернувшись, она увидела своего водителя. Миру захлестнула волна паники, она что есть мочи бросилась вперед, но сугробы не давали ей двигаться быстрее. Она спиной чувствовала, что преследователь все ближе и ближе.

Не в силах больше бежать, Мира остановилась, обернулась и увидела страшные, пустые глазницы мужчины, его серую кожу, обтянувшую череп, и желтые зубы, выступающие изо рта. Мира закричала от страха, упала на снег и почувствовала, как сзади на ее голову обрушилось что-то тяжелое. Перед глазами у нее все потемнело, и она провалилась в холодную, черную пустоту…

Мира очнулась в своей комнате. Возле ее постели сидел Влад. За окном было темно, по-прежнему падал снег, на тумбе возле кровати горели свечи в старинном канделябре. Когда Мира посмотрела на Влада, его лицо озарила радостная улыбка

Мира прижала ладонь к голове, казалось, в ней стучат сотни молотов. К самому горлу подкатила тошнота.

— Ну что же ты, принцесса? Зачем так поступаешь со мной, ведь я люблю тебя, переживаю за тебя… — сказал Влад нежным голосом, прикоснувшись ладонью к ее щеке.

Мира не отвечала, она судорожно обдумывала, как ей выбраться из этого роскошного особняка, который на самом деле был ее тюрьмой.

— Даже не пытайся бежать. Даже не думай об этом, — сказал Влад, как будто прочитав мысли Миры.

— Что тебе от меня нужно? Ты убьешь меня так же, как всех предыдущих девушек?

Влад встал со стула и подошел к окну. Он смотрел на падающий снег, и лицо его в этот миг было спокойным и умиротворенным.

— Ты умница, Мира. Если и дальше останешься ею, то мы сможем прожить вместе долгую и счастливую жизнь.

— Как можно быть счастливой, когда твое тело приковано к постели? — в сердцах спросила Мира.

Влад внимательно посмотрел на нее.

— Сейчас я все объясню тебе, и, думаю, ты поймешь меня, принцесса.

Мира побледнела от ярости.

— Кто ты такой? Ты убийца! Убийца! — закричала она, — на твоей совести столько загубленных жизней! И ты предполагаешь, что я пойму тебя?

Из глаз Миры брызнули слезы. Ей было страшно, больно, обидно, и мысль о том, что она ничего не может с этим поделать, грызла душу.

— Ты ведешь себя сейчас неоправданно глупо, — спокойно продолжал Влад, — твоя знакомая Ирина так вела себя. Это не привело ее ни к чему хорошему.

— Что с Ириной? — спросила Мира, и сердце ее сжалось, предчувствуя очевидный ответ.

— Она умерла сегодня. Умерла из-за своей строптивости и глупости. Не повторяй ее ошибок, принцесса.

— Уходи! Прошу тебя, уходи! Ты монстр! Ты не человек! Ты чудовище… — прошептала Мира, заливаясь слезами.

Она обхватила себя руками, будто это могло спасти ее от Влада. Но она знала, что на самом деле ее уже ничего не спасет от страшной участи, на которую она себя обрекла, переехав в этот жуткий дом.

— Хорошо, я уйду, — сказал Влад и наклонился, чтобы поцеловать Миру, — Но сначала ты дашь мне то единственное, из-за чего ты здесь находишься.

— Что тебе нужно от меня? — тихо спросила Мира.

— Мне не нужна ты, Мира. Мне нужна лишь твоя жизнь.

Глаза Влада блеснули холодным огнем, а улыбка превратилась в злую гримасу. Он снова склонился над Мирой, раскрыл рот и с силой втянул в себя воздух. Мира с ужасом и отвращением увидела над собой его черную, страшную внутренность, которая вместе с воздухом стала засасывать ее саму с неимоверной силой.

Мире показалось,что она умирает здесь и сейчас — ее тело парализовало, она чувствовала, как силы капля за каплей покидают ее. Она больше не отдавала отчета происходящему, не осознавала, сколько продолжается этот ужас, но почувствовала, когда все закончилось. Потому что словно со стороны увидела, как ее собственное тело безвольно рухнуло на постель. Ее уже не было, от нее осталась лишь черная жижа — липкий, безвольный кисель, заполняющий изнутри телесную оболочку.

…Мира долго бродила в густом белом тумане. А потом вдруг услышала голос: противный, скрипучий и как будто знакомый ей. Она пыталась понять, откуда он доносится и кому принадлежит. Но у нее ничего не получалось.

А потом она внезапно догадалась, что это голос тети Нелли. Как можно забыть старую, противную, пропахшую нафталином старуху?

Вот только у Миры никак не получалось понять, что говорит ей тетя. Она слышала ее голос уже не в первый раз, но только сейчас до нее дошел смысл ее слов — он пробился сквозь плотную пелену.

Мира бродила в этом густом тумане, не знала, в какую сторону ей идти. Сейчас она хотя бы слышала голос и разбирала слова. Старуха ругала ее за безвольность, тупость и упрямство. Все, как обычно. Мире было приятно слушать даже ее ругань — она ощущала себя живой, пока слышала ее.

— Дура ты, Мирка, дура! Я же тебе говорила, что ты дура, а ты меня не слушала. Вот теперь телом своим не владеешь, может, выслушаешь тетку. Женишок-то твой — старый ведьмак. Наипротивнейший мужичонка. Вот оно как. Представляю, Мирка, как сейчас бы открылся твой рот, если бы ты могла его открывать, — тетя Нелли засмеялась скрипучим смехом, — женишку твоему давно бы помереть надо, дак нет же, этот старый козел решил жить вечно, питаясь такими наивными дурами, как ты, Мирка. Пьет он их, как паук мух, высасывает жизнь из молодых тел без остатка. И тебя будет пить до тех пор, пока не останется от тебя лишь сухая оболочка.

Ну что, сейчас уже не такой вредной старухой я тебе кажусь? А я вот что тебе скажу. Ты была права, назвав меня «старой ведьмой». Я ведь и есть самая настоящая старая ведьма. Только тебе это знать было ни к чему, такие знания ничего хорошего не несут… Но мне хочется помочь тебе, такой дуре, ведь ты дочь моей любимой сестры, не чужой мне человек. В тебе течет кровь многих поколений ведьм.

Я в твой чемодан положила свой старинный амулет, доставшийся мне от прабабки. Это черный морион. По силе с этим заговоренным камнем не сравнится никакой другой оберег. Этот древний камень уничтожил не один десяток ведьм и ведьмаков, он много раз служил и мне добрую службу. А сейчас пришло время ему спасти и твою никудышную жизнь. Помни, камень силен только тогда, когда его держит в руках ведьма или та, в которой течёт ведьмина кровь. Сам по себе или в руках обычного человека камень бессилен.

Тебе нужно приложить камень к груди ведьмака, к самому его сердцу, чтобы он выжег его дотла… Ты все поняла, Мирка, дура ты моя? Тогда просыпайся уже, хватит лежать бревном на кровати.

Бери себя в руки, поднимайся с постели и ищи камень. Да побыстрее! Давно уже пора это сделать, женишок твой это заслужил.

Запомни: иногда, чтобы стать сильнее, нужно сначала разбиться на тысячу осколков…

…Мира открыла глаза. В комнате было темно и тихо. Она не знала, сколько времени она проспала: может, несколько часов, а может, несколько дней.

Мира попыталась пошевелить руками. Конечности не слушались. Тогда она попробовала скинуть ноги на пол. Собрав все свои силы, она напряглась и, неловко повернувшись, упала на пол. Разбитый нос наполнился кровью, Мира почувствовала ее солёный вкус на своих губах.

Вскоре после этого в комнату кто-то вошел. Сильные руки подняли ее с пола и уложили на кровать. Это был Влад.

Улыбнувшись Мире ослепительной улыбкой, Влад достал из кармана наполненный шприц и сделал Мире укол в плечо. Перед тем, как глаза ее вновь закрылись под действием сильнодействующего снотворного, Влад прошептал ей на ухо:

— Потише тут, принцесса! Не пугай раньше времени мою новую возлюбленную. Она и так пуглива, как лань…

Больше Мира ничего не слышала, она погрузилась в тяжелое забытье.

Открыв глаза, Мира снова обнаружила ночь за окнами. Сколько она проспала? Неделю? Месяц? На столе лежало несколько использованных шприцов. Владу было удобнее, чтобы она постоянно спала. Спящая пленница не кричит, не шумит и не доставляет хлопот.

Мира села на постели. Странно, но в этот раз она чувствовала свое тело: и руки, и ноги ее послушно двигались.

Мира бесшумно встала с кровати, одернула на себе длинную белую ночную рубашку и открыла тумбочку. Камень лежал там, куда она его когда-то положила. Мира взяла его в руки и положила под одеяло. А сама подошла к зеркалу.

То, что она увидела, поразило ее так сильно, что перед глазами поплыли разноцветные круги, а ноги снова подкосились от слабости. Мира, как завороженная, смотрела на женщину, отражающуюся в зеркале. Ее рот был безвольно приоткрыт, взгляд стал мутным, волосы грязной копной торчали в разные стороны. Но больше всего Миру поразила кожа — она высохла, покрылась морщинами и старческими складками.

Миру захлестнуло чувство ненависти. Подлец! Бесчеловечное чудовище! Она отомстит ему при первой же возможности.

На слабых ногах Мира кое-как вернулась к постели и без сил рухнула на нее.

Влад пришел к ней через несколько дней. Она лежала в кровати и читала книгу.

— Я всегда знал, что ты умница, Мира. Если так и дальше пойдет, возможно, мы сможем наладить с тобой наши отношения.

Нащупав под одеялом ведьмин амулет и преодолевая отвращение, Мира сказала:

— Я очень скучаю по тебе, любимый. Не уходи так быстро, поцелуй меня хотя бы раз…

Пламя свечи внезапно затрепетало и потухло.

— Спи, Мира, и будь умницей. Возможно, завтра я побуду с тобой подольше, — сказал Влад, вышел из комнаты и запер за собой дверь. Мира в сердцах стукнула кулаками по кровати.

Через несколько дней Влад снова появился в комнате Миры. По его бледному и напряжённому лицу Мира поняла, что ее сейчас ожидает. Как назло, она не могла нащупать под одеялом амулет. Куда он запропастился?

Влад, не сказав ей ни слова, склонился над ней, сжав ее плечи с такой силой, что из груди Миры вырвался стон. И тут Мира, наконец, нащупала в сбившейся простыне ведьмин амулет. Это был ее единственный шанс. Последний шанс. Она не могла его упустить.

Зажав камень в ладони, она увидела, как исказилось от страшной боли лицо Влада, как судорога прошла по его телу. Он рухнул на нее всем своим весом, хватая ртом воздух. Мира никогда не видела такой растерянности в его глазах. В какой-то момент ей даже стало жаль его, но она быстро отогнала от себя это чувство.

Высвободив из-под одеяла ведьмин амулет, Мира оттолкнула от себя Влада и сделала то, чему учила ее тетка — с силой прижала черный камень к сердцу ведьмака.

Влад закричал, заставив Миру отдернуть руку, но она вовремя опомнилась и снова с силой придавила камень к груди своего мучителя. Его нечеловеческие вопли разнеслись по всему дому, сметая все вокруг. Стулья и стол мощным потоком воздуха отбросило к противоположной стене, оконные стекла полопались и тысячи осколков посыпались на пол и на кровать.

Мира зажмурилась, боясь открыть глаза и посмотреть, что творится вокруг. Но с еще большим страхом она чувствовала, как последние силы стремительно покидают ее. Неимоверных усилий ей стоило не отпустить рук от пылающей груди ведьмака. Ее поддерживало осознание, что она мстит ему не только за себя, но и за Ирину, а также за все загубленные им жизни.

Через какое-то время тело Влада, бившееся в страшных конвульсиях, замерло и обмякло, но Мира прижимала камень к его груди до тех пор, пока все внутри не сгорело дотла…

Только тогда Мира убрала почерневшие, обоженные руки от некогда любимого мужчины. Только это был уже вовсе не тот молодой красавец, который свел ее с ума. Все было кончено. Мира встала с кровати, оставив на ней бездыханного, маленького, седого старца.

Повесив ведьмин амулет себе на шею, Мира оделась и спустилась по лестнице вниз. В холле она ненадолго остановилась возле галереи с женскими портретами. Да, он тоже был тут — новый портрет, на котором была изображена она.

Сняв его со стены, Мира несколько секунд рассматривала его. Девушка, смотрящая на нее в упор печальными глазами, была одновременно похожа и не похожа на нее. Она была той, кем Мира так отчаянно хотела стать, но так и не стала. В сердцах она бросила дорогую раму на пол и принялась ожесточенно топтать холст ногами.

Выйдя из дома, Мира, не оглядываясь побежала к воротам, а потом дальше и дальше по дороге — через густой и мрачный лес, который не хотел отпускать ее, пленницу, тянувший к ней свои заснеженные ветви. После всего случившегося в доме, ее уже ничего не пугало вне его.

Обернувшись вполоборота, чтобы взглянуть в последний раз на свою тюрьму, Мира остановилась, как вкопанная. Никаких следов былой роскоши не осталось. Все было лишь чарами ведьмака, а по сути — пустотой.

Некогда красивые, автоматические ворота сейчас болтались на железных столбах и, раскачиваясь от ветра, надсадно скрипели. А сам дом возвышался и пугал своей заброшенностью.

 

Обшарпанные стены во многих местах были разрушены, в окнах не осталось ни одного стекла, а сад, который Мира помнила ухоженным, оказался заросшим непроходимым кустарникам. Казалось, уже много лет здесь не ступала нога человека…

Мира развернулась и побежала, что есть сил, к трассе — к дороге, которая приведет ее к обычной жизни, к обычным людям, в обычный город, в ее обычную квартиру, из которой она так хотела когда-то сбежать, и которая сейчас казалась ей самым надежным и уютным местом на земле.

— Справилась все-таки, ведьмино отродье? — тетя Нелли с усмешкой смотрела на измученную племянницу, стоящую на пороге.

Мира кивнула, и тетка, хлопнув ее по плечу, запустила внутрь.

Мира прошла в свою комнату, но потом вернулась, подошла к тете и крепко обняла ее.

— Я благодарна тебе. И я тоже люблю тебя, хоть никогда и не говорю об этом, — Мира вытерла слезы, набежавшие на глаза.

— Ну-ну, хватит тут разводить сырость, и так плесень по всей квартире! — тетя Нелли прошаркала на кухню и крикнула оттуда Мире, — иди лучше суп ешь, остыл уже. Я тебя раньше ждала, но медленно ты бегаешь, Мирка, вечно никуда не торопишься…

Спустя два года Мире все-таки удалось наладить свою личную жизнь. Она вышла замуж за мужчину, с которым познакомилась у себя же дома — он пришел к ним с тетей менять проводку, а, когда закончил работу, пригласил ее на свидание.

Тетя Нелли так до конца жизни и осталась ворчливой, вечно недовольной старухой, но Мира уже никогда не воспринимала ее недовольство всерьез. А ее дети просто обожали бабушку, которая знала несметное количество страшных сказок о ведьмах. Она утверждала, что все эти ведьмы существовали на самом деле…

Мира очень редко вспоминала то, что случилось с ней в заброшенном особняке, скрытом от глаз в мрачном лесу. Но она бережно хранила в своем сейфе ведьмин амулет.

Когда-нибудь придет время, и он снова поможет той, в ком течет кровь ведьмы, той, которая запутается и решит убежать от самой себя, той, чье сердце, возможно, разобьется в один миг на тысячи осколков для того, чтобы стать сильнее…

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 9.7MB | MySQL:81 | 0,618sec