Никогда не говори никогда

На глазах слезы. Плачут все. Наши дети, внуки. Руки дрожат — не от старости, а от того, что происходит на душе. Она разрывается. Хочется прыгать от счастья. Ведь в руке я держу его руку. В него я влюбилась с первого взгляда еще в юности. Его я любила всю свою жизнь.
Мы пережили ад: боль, потерю. Но теперь мы вместе. Как говорится, через терние — к звездам. С первого класса мы дружили: вместе играли, сбегали с уроков математики. Вместе ходили к директору в кабинет «на ковер». В десятом классе я поняла, что люблю Григория не только как друга. Мне хотелось его обнять, поцеловать. И он не был равнодушным ко мне.

Когда мы начали ходить на танцы, то не было такого вечера, чтобы Гриша не рвался меня провести домой. Так вечер за вечером — и мы стали парой. Правда, встречались втайне. Родители у нас были очень суровыми, мы боялись им признаться. Так продолжалось несколько лет.

Днем мы хорошие товарищи, а ночью-любовники. Когда мне исполнилось 18 лет, я сказала родителям, что люблю Григория и хочу за него замуж. Григорий тоже рассказал все своим родным. Но если мои папа и мама спокойно восприняли услышанное, то Григория чуть не выгнали из дома. Его родители были богаче, чем мои. Имели двухэтажный дом, автомобиль. Моя семья — простые крестьяне. Мама Грише уже и пару присмотрела. Девушка Галина была из соседнего городка. Родители у нее тоже состоятельные. Именно богатую невестку хотела Елена Акимовна — мама Гриши. Так наши пути разошлись.

Казалось, я выплачу глаза. Мне так было больно, что Гришкины родители меня не хотят, как то, что любимый будто забыл обо мне. Мы почти не виделись. Впоследствии он уехал в другой город на учебу. Через год женился на Гале. А через полгода Григорий ждал первенца.

Я написала ему письмо. Поздравила с бракосочетанием, с тем, что станет отцом. Написала, что рада за него, хотя и на сердце остался шрам. А еще спросила его, хотя бы на минуту жалеет о том, что мы уже никогда не будем вместе? Ответ ждала несколько недель. Надеялась, Григорий напишет, как меня сильно любит, как жалеет о том, что живет теперь с другой. А там было всего четыре слова:

«Никогда не говори никогда».

Тогда я не поняла этого ответа. Холодные слова ни о чем. Я сожгла то лист бумаги. И в тот же день я yбuлa свои чувства к Грише …

Шли годы. Вскоре я встретила своего будущего мужа — Михаила. Парень работал на заводе инженером. Не пил, не был разбойником. А что мне уже было 26 лет, мама посоветовала не колебаться и идти замуж. Потому что в таком возрасте — это уже последний шанс. Сыграли скромную свадьбу. Я родила сына, а затем дочь. А через год еще сыночка. Хотя и не любила Михаила, но обожала наших детей. Я жила ими, жила ради них. Олежек, Ваня и Наташа были самым большим сокровищем, о котором только можно было мечтать. Так и жила. Дети вырастали. На волосах я увидела первую седину, под глазами морщины. И не верилось, что вот мне уже прошло пятьдесят. Уже и внуки подрастают…

Вроде и счастливым должна быть моя жизнь, и на сердце было пусто. Часто вспоминала Григория. Думала: как он живет, есть ли у него дети, внуки. И написать ему не решилась. Знала, что родители его переехали к нему. Как-то я от соседей услышала, что yмepла его мама, а через три месяца и отец. К тому времени и моих родителей уже не стало. Я чувствовала, что старею. Уже 55, 57, а там и 60 скоро будет. Вместе со старостью в семью пришло горе. У Михаила обнаружили рак. Был здоров, а тут такая беда. Мы сразу же обратились к врачам, и медики разводили руками. Говорили, что ни одна «химия» здесь уже не поможет.

Через восемь месяцев Михаила не стало. В тот день я готовилась к пoхoрoнам. Утром пришли соседки, помогли все сделать. Я завязала черный платок и как раз поблагодарила священника. И у дома меня позвал мужчина. Едва разглядев заплаканными глазами фигура, я поняла, что это — Григорий, тот самый Гриша. Я и подумать не могла, что когда-то еще встречу его. И еще когда — в день пoхopон мужа. Григорий и слова не сказал, просто подошел и крепко меня обнял. Сразу взялся все помогать. Даже яму копал для моего Михаила.

Когда все родственники пошли, мы вдвоем раскладывали на мoгuле венки. Оказывается, о смерти Михаила, Григорий узнал от нашего соседа. Сразу же решил приехать. А что дом в селе его родители продали, я предложила ему переночевать у меня. Вечером мы сели за стол, были еще мои дети и внуки, выпили немного вина, рассказывали истории о Михаиле: каким он был, что любил, куда ходил. Поплакали все вместе и легли спать. Следующие несколько дней тоже были серыми. Григорий предложил, что может помогать мне, пока я приду в себя, он хозяйничал. А я смотрела на него и не могла поверить, что он здесь со мной, переживает мою потерю и мое горе. Это был сон.

Прошла неделя, месяц, год … Однажды Гриша приехал снова. Мы сидели на кухне, он взял меня за руку и сказал:

«Настя, выходи за меня замуж. Ты — вдова, я — вдовец. До сих пор тебя люблю до сих пор не забыл тебя. Прости за прошлое, прости родителей, прости за робость.»

Я заплакала. Что это? Что происходит, думала я. Мне — 60, а ему — 62, недавно потерявшая мужа, оказывается, и он — вдовец, и … бракосочетания. Я подумала, что это он так шутит, мол, хочет подбодрить и говорит всякие глупости. И Григорий дал понять, что все серьезно. Может, и глупо я сделала, но долго не думала — согласилась. Что будет, то будет!

Григорий настоял, чтобы мы расписались и переехали жить отсюда. Когда подавали документы в ЗАГС, то думали, что над нами смеяться будут. Да нет … Дети тоже восприняли мой выбор с пониманием. В день нашего бракосочетания внучки надели белые платья, а дети — вышитые рубашки. Все шли с цветами, подарками. А я чувствовала себя восемнадцатилетней. Многие нас осудили, особенно из моего села. Но только Бог нам настоящий судья. Высшие силы на небе нас разъединили. Но потом с Божьей воле мы снова встретились. Судьба дала нам второй шанс. Мы вместе уже несколько лет. Живем душа в душу. А я часто вспоминаю слова Григория из письма: «Никогда не говори никогда».

 

Источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 9.73MB | MySQL:83 | 0,298sec