Взрослые ничего не понимают. Рассказ.

Не только среди детей, но и среди взрослых ходила молва о том, что в этой квартире обитают приведения – иногда по вечерам можно было увидеть слабые огни за плотно занавешенными шторами и неясную тень, медленно плывущую по комнате. Те, кто не верил в мистические истории, говорили, что там живет сумасшедший дед, которому, наверное, уже лет сто, потому что еще в их детстве родители пугали этим дедом.

Маруся и Вадик были известными проказниками – мама говорила, что они в могилу ее сведут своими выходками. Было им восемь лет и учились они во втором классе – Вадик приносил домой только одни пятерки, а вот у Маруси в дневнике пятерки можно было увидеть только по праздникам. Вот тебе и близнецы – как проказничать, так вместе, а как учиться, так это не про Марусю.

Больше всего на свете Маруся любила всякие тайны. А на уроках какие тайны, если каждому известно, что два плюс девять будет десять, а лесичка пишется через «е», потому что проверочное слово «лес». Поэтому они с Вадиком и попадали так часто в самые разные истории – это она всегда была заводилой, на что мама ей всегда говорила:

— Ну как можно, ты же девочка!

И что с того, что девочка?

Конечно же, однажды она не выдержала и предложила брату пойти в эту квартиру постучаться – вдруг им откроют, и тогда они единственные будут знать тайну, кто там живет. Дело в том, что никто не видел, чтобы из этой квартиры кто-то выходил или входил, свет в ней никогда не горел, но штора иногда сдвигалась то в одну, то в другую сторону.

Вадик хоть и боялся, что им влетит от мамы за такое поведение, противиться сестре никак не мог.

— Пошли, – смиренно согласился он.

Маруся аж подпрыгнула от удовольствия.

Они решили не ехать на лифте, а поднялись на пятый этаж пешком. Шли на цыпочках, боясь наделать раньше времени лишнего шума.

Что звонок в этой квартире не работает, местная детвора уже давно проверила, поэтому Маруся решительно шагнула к двери, сжала кулачок и смело забарабанила в дверь, а потом отбежала к лестнице, где стоял, вжавшись в стену, брат.

Они прислушались – никакого ответа.

— Наверное, там никого нет, пошли, – потянул ее Вадик за рукав.

— Погоди! Мне кажется, я слышала шаги. Знаешь что? Вот сам подумай – кому человек откроет дверь в любом случае?

— Врачу?

— Ага, чтобы укол поставил?

— Тогда полицейскому!

— Пф-ф-ф… А если там преступник?

— Ну тогда не знаю.

— Какой же ты глупый, а еще отличник! Нужно позвать на помощь, ведь все люди добрые и всегда готовы помочь другим. Давай так – я измажусь кетчупом и притворюсь, будто упала с лестницы и начну звать на помощь. Главное, чтобы другие соседи не услышали.

Кетчуп нашелся дома в холодильнике, благо мама была на работе и не видела, как Маруся смело шлепала его себе на голову и школьную светлую рубашку. Вообще, Маруся была уверена, что когда станет взрослой, будет актрисой – играть в фильме шпионок и спасительниц мира, поэтому выход пострадавшей школьницы отыграла на отлично – громко катилась по лестнице и охала, а потом стонала «помогите, люди добрые!».

Удивительно, но ее план сработал – дверь, которая, казалось, никогда не открывается, приоткрылась, и из-за нее выглянул косматый старик с ржавой бородой.

— Ты чего, девочка? – осторожно спросил он.

— Да поранилась я, что не видишь?

— Батюшки мои, и что делать? – засуетился дед. – Пошли скорее, надо рану промыть.

Он распахнул дверь, и Маруся с благоговейным ужасом шагнула внутрь, а Вадик юркнул за ней.

Внутри квартира была самая обычная – Маруся-то представляла, что тут либо черепа по стенам будут висеть, либо хрустальная люстра на потолке качаться, ну или хоть что-нибудь в этом роде. Но ничего подобного не было – обои затертые, мебель допотопная, запах спертый, но у соседки бабы Лены почти такая же квартира, разве что обои поновее. Она даже расстроилась, а тут еще дед этот хлопочет – полотенцем голову ей вытирает, бутыльками какими-то в шкафчике гремит.

— Где-то у меня йод был, – говорит он.

Так суетится, что Марусе становится стыдно – ведь на самом деле она не ранена и ничего у нее не болит, а дед, похоже, и правда перепугался. Хорошо, что дед подслеповатый и не различает кровь и кетчуп.

— Надо к врачу, столько крови, – бормочет он.

— Да не, сейчас всей пройдет, – обещает Маруся, обматывает голову полотенцем и делает отвлекающий маневр.

— А у вас чай есть?

— Чай?

— Ну да, чай. Я бы чаю выпила.

Дед трясет своей ржавой бородой, потом плетется на кухню.

— А как же есть, есть у меня чай.

Наливает в потемневший от времени чайник воду и ставит на плиту. На кухне у него не очень чисто – Вадик это сразу замечает и морщит свой нос, а Маруся ничего – смело усаживается за стол, сметая крошки рукавом.

— А откуда у вас чай, если вы из квартиры не выходите? – спрашивает она.

— Как это – не выхожу? – не понял дед.

— Ну, мы вас никогда не видели, – поясняет Маруся. – А мы в этом же доме живем, в соседнем подъезде.

В квартире у деда сумрачно – шторы, как обычно, задернуты полностью, ни лучика света не пробивается.

Дед усмехается.

— Я вечерами хожу, когда вы спите уже.

— А почему? – не отстает Маруся.

— Аллергия у меня на солнце.

— Разве такое бывает? – удивляется Маруся.

Дед ничего не отвечает. Вместо этого открывает шкафчик над плитой и долго там роется. Потом достает, наконец, кулек каких-то конфет, сыпет их на стол.

— Угощайтесь.

Маруся хватает конфету, а Вадик делает большие глаза – мама же запрещает брать конфеты у незнакомцев! Но Маруся и в ус не дует – знай себе грызет карамельку и за соседней уже тянется.

Напившись чаю, Маруся спрашивает.

— И не скучно вам тут одному?

— А я не один, – отвечает дед , и Маруся замирает – вот она, тайна, которую она так ждала. Неужели с ним живет призрак? Или – домовой? А, может, русалка в ванной?

Дед ведет их в комнату, шарит большой ладонью под шкафом и достает оттуда самую настоящую черепаху. Маруся ахает.

— Какая она страшная! А как ее зовут?

— Матильда.

— Ма-тиль-да… – тянет она. – Красивое имя. А сама она не очень. Вы бы ей хоть бантик повязали.

Черепаха медленно втягивает свою голову в панцирь, потом осторожно выглядывает.

— А это что, шахматы? – радостно спрашивает Вадик.

Вадик просто обожал шахматы, но, кроме папы никто с ним не играл. Он пытался научить Марусю, но ей эта игра казалась скучной — сиди себе на месте и думай, тоже мне занятие!

— Они самые, — подтверждает дед. — Хочешь, сыграем?

Вадика второй раз просить не надо — он тут же уселся к доске.

Пока они играли в шахматы, Маруся съела все карамельки, а одну даже попыталась скормить черепахе. Так как окна были зашторены, они и не заметили, как наступил вечер — дед достал фонарик, что обрадовало Марусю, ведь теперь одна она знает, что за блуждающий огонек видно в окне.

Спохватился, конечно, Вадик — ну и попадет же им от мамы! Они попрощались со стариком и побежали домой.

— Нет, вы точно меня в могилу сведете, — заявила мать. — Где вы были? Маруся, что у тебя с рубашкой?

— Мама, мы были в гостях, в квартире с призраками. Правда, там нет никаких призраков. Зато там есть черепаха и дед Андрей. Он нас конфетами угощал и Вадика в шахматы обыграл.

Мама схватилась за сердце.

— Какой дед, какие конфеты? Сколько вам говорить — никогда не разговаривайте с незнакомцами!

— Ну мама, он хороший! — попыталась вступиться за него Маруся. — У него аллергия на солнце, поэтому он выходит только по вечерам.

— Да какая аллергия! Знаю я его, старый алкоголик! Ну я ему покажу — завтра же пойду к участковому.

Марусе стало стыдно — они сами к деду в квартиру проникли, а теперь у него проблемы будут. И почему взрослые такие глупые — ну какой от деда вред?

— Мамочка, я обещаю, мы больше не будем! Не надо к участковому.

 

Тут и Вадик присоединился.

— Мам, мы правда больше не пойдем туда, правда-правда!

— Ладно… Быстро в ванную и ужинать.

Конечно, они обманули маму и часто навещали деда Андрея и черепаху Матильду. Пока Вадик и дед играли в шахматы, Маруся рылась в книжном шкафу, добывая самые разные сокровища, например, огромный жёлтый клык — дед сказал, что медведя и подарил его Марусе. Хороший дед и нестрашный. А взрослые ничего не понимают.

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 9.58MB | MySQL:85 | 0,447sec