Ярик

Все, кто когда-нибудь имел собаку, наверняка знают, что их владельцы делятся на две категории: хозяева собаки и собаки-хозяева (да простят меня специалисты-кинологи!). Первые воспитывают животных, вторые – сами прогибаются под них. Конечно, многое зависит от породы: есть смышлёные дворняги, есть овчарки-интеллектуалы, есть ленивые бассеты, есть добрейшие ретриверы, а есть таксы… Кто имел дело с ними, тот знает, что лучшая характеристика для такс – манипуляторы.

Ярик
Думать надо чаще
Размышляя над тем, собаку какой породы взять в дом, надо прочитать хотя бы одну книгу об особенностях её поведения – это мы поняли гораздо позже. А в тот момент, когда дочь, пристально глядя в глаза, напомнила, что в этом году она оканчивает школу, а питомца ей обещали ещё в седьмом классе, мы, усовестившись, решили не посрамить чаяний ребёнка.

Основными критериями были беспечно выдвинуты размер животного и отсутствие длинной шерсти. Дочь быстро сориентировалась, и выбрала таксу. Мы согласились, хотя и подумали, что это очень некрасивые собаки, похожие на крыс (сейчас даже вспоминать об этом смешно!).

Не прошло и трёх дней, как наша энергичная девочка нашла объявление о продаже недорогих щенков искомой породы без родословной (это ее ничуть не смутило), созвонилась с владелицей, и сообщила, что мы едем забирать питомца. Дверь открыла приветливая молодая женщина, провела нас на крошечную кухню, где в коробке сидели четыре милейших (а какие же ещё могут быть щенки?) создания. Один из них подошел к дочери – его и забрали без долгих размышлений.

Ярик
«Как вы лодку назовете, так она и поплывёт»
Щенка назвали быстро – в тот момент у нас была знакомая такса Яра, мы просто сделали «мужской» вариант имени, и получился Яр. Заглянув в словарь, мы выяснили значение – «крутой берег», «возвышенность», одним словом, шишка на ровном месте – похихикали мы, глядя на милый рыженький комочек. Зря мы острили – всё оказалось правдой.

В отличие от многих щенков, в первые месяцы пребывания в нашем доме Ярик почти не причинял неприятностей. После того как он сгрыз старый башмак и кусок провода, ему объяснили, что несъедобные предметы лучшее не трогать – и он больше никогда не портил вещей, предпочитая тянуть в рот что-нибудь повкуснее.

Мы – не рабы?
Вообще процесс кормления нашей собаки представлял собой особое действо. Главным персонажем ежедневно повторяющегося спектакля был, разумеется, Ярик. Дважды в день ему в миску накладывали специально приготовленную – полезную – еду. Однако столь прозаичное потребление пищи не могло удовлетворить творческое начало, жившее в душе артиста.

Когда семья собиралась на кухне за обедом или ужином, непременно появлялся Ярик, и начинал молча смотреть в глаза тому, кто оказывался рядом. При этом он двигал бровями, моргал глазами, периодически сглатывал слюну, пытаясь донести до «собеседника» мысль о том, что он чрезвычайно голоден.

Если краткий сеанс телепатии не венчался успехом, актер пускал в ход голос, модуляции которого ещё более явственно свидетельствовали о том, что в его желудке не было еды весьма продолжительное время. В этот момент он очень напоминал Ипполита Матвеевича Воробьянинова из «Двенадцати стульев» в исполнении Сергея Филиппова.

Когда и это не помогало, Ярик запрыгивал на диванчик, усаживался рядом с выбранной «жертвой» и продолжал начатое дело. Перед этим уже никто и никогда устоять не мог, и пёс всегда получал кусочек любимого сыра, мяска или печенюшки.

Ярик
Конечно, не следовало потакать капризам Ярика – любой кинолог или зоопсихолог посмеялся бы над нами. Но в том-то и дело, что со временем мы так втянулись в игру, режиссированную собакой, что сами поощряли его нахальство. Он и в самом деле манипулировал нами, став пресловутой «шишкой на ровном месте».

Справедливости ради, стоит сказать, что Ярик соблюдал своеобразный «кодекс чести». Как-то раз дочь ела бутерброд с колбасой, а пёс сидел с ней рядом на кухонном диванчике, по обыкновению выразительно глядя в глаза, как вдруг у неё в руке остался только кусок хлеба. Никто из нас не заметил того момента, когда исчезла колбаса, но все поняли что было совершено преступление. Всеобщее молчание повисло за столом, и Ярик понял: воровство недостойно приличной собаки. Больше он ни разу ничего не украл, предпочитая дожидаться того момента, когда его угостят.

А угощали его все и везде: дети во дворе и взрослые соседи, знакомые, приходившие к нам в дом, и случайные прохожие на бульваре, но особенно нравилось Ярику лакомиться на пляже. Мы жили рядом с рекой, и часто гуляли на набережной. Городские жители используют всякую возможность пикника, поэтому с наступлением тёплого времени года многие здесь «накрывают поляну» и расслабляются.

Вот тут-то и наступало раздолье для Ярика. Обычно он скромно подходил к группе отдыхающих и пристально смотрел, придавая взгляду особое выражение, отрепетированное на нас. Как правило, ко второму действию спектакля переходить не требовалось: сосиски и шашлык, колбаса и сыр, кальмары и печенюшки щедро подносились голодающему животному.

Ярик
Подозреваю, что хорошие хозяева собак обвинят нас в беспечности – и будут правы. Нельзя пичкать собаку человеческой едой. Мы, конечно, знали об этом и объясняли людям, что давать нужно совсем немножко. Как правило, нас слушали. Процесс кормления почему-то доставлял пляжникам особое удовольствие, хотя некоторые замечали, что фигура собачки не очень-то похожа на изможденную.

Горький урок
Так повторялось год за годом, пока Ярику не встретился совершенно нетипичный персонаж, на которого его чары не возымели действия. В тот день на пляже было совсем немного народа, и по дороге к месту, где мы обычно останавливались, «кормильцы» Ярику не встретились. Он был явно раздосадован – это было заметно по тому, как топорщился хвост и недовольно двигались брови.

Добравшись до места, облюбованного нами много лет назад, мы обнаружили, что приглянулось оно не нам одним. Несколько компаний отдыхающих расположились неподалеку друг от друга. Кто-то лениво лузгал семечки, кто-то грыз крекеры, а один мужчина – о, счастье! – в ожидании Ярика радушно протянул ему навстречу руку, в которой был зажат батончик копченой колбаски. Во всяком случае, именно так показалось нашей собаке. Разумеется, он ответил на приглашение, и откусил немного. К удивлению, в тот же момент пёс внезапно услышал крик и получил такой сильный удар камнем по голове, что аппетит у него мгновенно пропал. Ярик упал замертво (ну, или почти замертво).

Все произошло в считанные секунды, и мы не успели ничего понять. Позже выяснилось, что мужчина солидного возраста с сынишкой лет восьми – девяти решил культурно провести на речке досуг. В тот момент, когда Ярик появился рядом с ним, он как раз раскладывал продукты на салфетке, собираясь, вероятно, положить туда же и колбаску. Делиться ни с кем он не планировал, поэтому вероломное нападение невоспитанной собаки вызвало у него такую бурную (и совершенно справедливую, на его взгляд!) реакцию.

Мои попытки принести извинения были встречены в штыки: все находящиеся рядом выслушали громкую проповедь о том, что гражданин не против собак и домашних животных вообще, он лишь против глупых хозяев. Любить животных нужно правильно, то есть так, как он. У них в семье есть кошечка – очень игривая. Позанимавшись с ней, они всякий раз моют руки. Вот и теперь колбасу, осквернённую собакой, мужчина демонстративно донес до реки и вымыл в воде, а потом принялся есть сам и предложил сынишке.

К слову, мальчик сидел ни жив, ни мёртв. Ему было очень жалко Ярика. Позже, когда все успокоились, и мы пошли купаться, он потихоньку подплыл к нам и спросил, как чувствует себя наш пёсик, ведь в него прилетели несколько таких больших камней!

Закончив трапезу, мужчина решил-таки продолжить размышления вслух о невоспитанных хозяевах, призывая к сочувствию окружающих. Формально он был, конечно, прав – собака покусилась на его обед, поправ все нормы общественного поведения. Понимая бессмысленность возражений, мы молча сидели и слушали.

Между тем, нас поразила реакция окружающих: абсолютно все, кто стал свидетелем инцидента, начали дружно выражать Ярику сочувствие. Кто-то угостил его вялеными кальмарами, у кого-то нашлись печенюшки, а те, кто не припас вкусностей, извиняясь, показали собаке, что у них в кармане только семечки и орешки. Пёс подошёл к каждому, и милостиво «собрал дань». Вопреки ожиданиям, съел всё, даже орехи, которые он, кстати, очень любил –дома-то не разрешали!

Угощение заметно укрепило силы травмированной собаки, а всеобщее сочувствие подняло дух Ярика, и к концу прогулки душевное равновесие восстановилось настолько, что домой он вернулся победителем. Впрочем, как я уже говорила, к восхищению окружающих нашему псу привыкать не приходилось – скорее, его отсутствие могло вызвать у него психологический дискомфорт.

 

…От того дня нас отделяет почти десять лет – Ярика давно нет с нами. Мы больше не берем себе в дом собаку. Этот хитрюга не только был «шишкой на ровном месте» и манипулировал нами (чему мы сами, кстати, с удовольствием поддавались), но и любил нас, жалея и утешая в горькие минуты. Его способность к сопереживанию была удивительна. Да, он не стал вымуштрованной служебной собакой, но может быть, не все должны служить, а кто-то может просто жить и любить? Кстати, за всю жизнь он ни разу никого не укусил – наверное, ему незачем было это делать.

P.S.

Недавно мне попалась фотография семьи покойной королевы Англии Елизаветы. На переднем плане я увидела близнеца нашего Ярика, и с чувством глубокого удовлетворения подумала, что, судя по всему, не только мы, но и члены августейшего семейства с удовольствием нянчили такую же замечательную собаку.

Королевская семья

Автор рассказа: Елена Додонова

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 9.38MB | MySQL:85 | 0,721sec